Книга Две стороны Александрины, страница 105 – Наташа Эвс

Что изменилось? Почему теперь каждый день моей жизни преподносит перемены? Почему я стала такой, зачем все это со мной произошло?

Во мне открылись знания к глобальным вещам, а к таким простым вопросам у меня нет ответа. Мое сознание на пределе, а ведь предстоит еще самое главное, я точно знаю, чувствую, и нужно выдержать это испытание.

Вдруг дверь распахнулась, и в палату вошел Константин. Оглядев меня, он сдержанно кивнул:

— Здравствуй, Саша. Как ты?

У меня не было сил оторвать взгляд от темноглазого накачанного парня, он будто открылся по-новому, но свою радость пришлось скрыть.

— Теперь, когда ты здесь, совсем хорошо, — ответила я, приглашая присесть рядом.

— Не пугай нас так больше. — Костя опустился на край кровати, намеренно игнорируя мой пристальный взгляд. — Тебе тяжело дается волнение, сразу отключаешься. Если бы я мог влезть в твое тело, выстроил бы защиту, а так чувствую себя беспомощным.

Сама того не ожидая, я потянулась и накрыла своей ладонью крепкую мужскую руку.

— Спасибо за переживания, постараюсь быть сильнее.

Константин напряженно проследил мое движение, скрипнув зубами. И мне показалось, что в первую секунду он хотел одернуть руку, но сдержал себя.

— Саша, когда ты поправишься и будешь готова, нам нужно серьезно поговорить. Тянуть уже некуда.

— Ты об этом? Прости за прикосновение, не подумала. — Я сконфуженно убрала ладонь.

— Нет. Не об этом. — Костя украдкой глянул на отпущенную мной руку. — Разговор серьезный, но ты должна быть в форме, ты должна быть сильной морально. Понимаешь? До этого я щадил тебя, но не теперь. Время поджимает.

— Поняла. Постараюсь максимально собраться. Обещаю.

— Тебе нужно что-нибудь? Могу привезти.

— Скорее, завтра меня отпустят, если осложнений не будет. Потому что по доброй воле лежать здесь не буду.

— Хорошо, звони. Приеду за тобой.

Костя ушел, оставив меня в некой растерянности. Что за тему для разговора он готовит? Это требует от меня сил. Почему? Видимо, причина веская, иначе он не выбрал бы такой тон.

На следующий день Константин привез меня домой, где я боролась сама с собой в желании перейти по ту сторону стены. Она манила меня с такой силой, что страшно было признаться, но хотелось все и всех бросить и уйти в солнечный город, чтобы вытащить маму и счастливо править народом во главе «СМиДа».

Однажды Костя застал меня в комнате под лестницей, стоящей у самой стены и заворожено глядящей на нее.

— Саша, — осторожно позвал он, словно боясь спугнуть. — Посмотри на меня.

Я слышала его голос, но отвернуться от стены было выше моих сил.

— Ты слышишь меня? — снова спросил мой духовный куратор. — Если трудно ответить, кивни или подай знак.

Пришлось кивнуть, это все, что я могла сделать на тот момент. Меня словно загипнотизировали, все больше лишая воли.

— Александрина, слушай меня, — строго сказал Константин. — Слушай мой голос, переключайся на него и начинай считать от одного до десяти, вслух или про себя, как можешь. Считай! Заставляй себя четко произносить цифры, слушай мой голос.

Я ощутила некий отрыв от стены и начала произносить цифры одну за другой про себя, как вдруг услышала, что меня зовут, и этот зов исходил с той стороны стены. Снова сбившись, я прошептала:

— Меня зовут. Там… Оттуда зовут…