Книга Порочный ангел, страница 94 – Л. Дж. Шэн

— Я никогда не говорил, что люблю тебя. – Он окидывает мое тело явно скучающим взглядом.

Я бесстыдно трусь о его пах. От трения ткани купальника о твердую выпуклость в его штанах, клитор становится набухшим и чувствительным. В животе разливается жар.

Лев скалится.

— Можешь смело перестать тереться о мою защитную накладку, когда будешь готова. Я ни черта через нее не чувствую.

Его слова отрезвляют меня, словно ведро ледяной воды.

А затем он добавляет:

— А даже будь я возбужден, все равно не стал бы тебя трахать.

Я мурлычу, нацепив улыбку.

— Как жаль. Я бы вполне могла пойти навстречу, если ты доставишь мне удовольствие. Сказала бы, где хранятся все плохие таблетки.

В его зрачках вспыхивает что-то зловещее. Льву присуща толика властности, и я не понимаю, как не замечала этого раньше. Возможно, все потому, что всегда считала себя его тихой гаванью, близким человеком, родней. А теперь, когда явно не прихожусь ему ни тем, ни другим, ни третьим, мне трудно вообразить более доминирующего, подавляющего… мужчину.

— Вот, значит, как? – Свободной рукой он обхватывает меня за бедро и легким движением закидывает мою ногу себе на поясницу. Голубок на его потертом браслете касается моего бедра, и с губ срывается сдавленный стон. Лев проводит языком по своей полной нижней губе и еще больше прикрывает глаза.

— Именно так. – Я свожу лопатки, чтобы выставить вперед грудь. – Что мы делаем, Лев?

— Занимаемся прелюдией. – Он проводит рукой по моей талии и восхитительно медленно тянет за завязку, удерживающую трусики бикини.

Я вздыхаю от удовольствия.

— Мои родители могут войти в любой момент.

А может, и нет? Трудно сказать, потому что в последнее время мне ни в чем не доверяют. Но доверяют Льву. Верят, что он всегда примет правильное решение за нас обоих.

— Пусть смотрят, – отвечает он, водя губами по моим губам. Это непохоже на поцелуй, но и иначе не назовешь.

Я хочу, чтобы он жадно целовал меня в губы, пока не утрачу способность дышать. Неважно, есть на нем защитная накладка или нет, на него происходящее тоже влияет. Лев стонет мне в рот, и на мгновение весь дурман от таблеток развеивается. Я Прежняя Бейли, а он – мой Лев, и мы прильнули друг к другу губами, как дети, которые повторяют увиденное по телевизору, и дышим друг другом. Наши сердца стучат в унисон. Пальцы переплетаются. Тихо. Романтично. Всеобъемлюще. Я закрываю глаза и легко смыкаю губы на его губах, словно мы замок с ключом. Союз, заключенный волей небес.

— Лев…

— Нет, замолчи. Дай мне представить, что ты – это она. – Сердце на миг сжимается, и я не могу дышать. Она? Кто она? Талия? Но потом он отрывисто добавляет: – Моя Бейли.

Он ведет ладонью вдоль моей шеи к подбородку и, стиснув его, силой открывает мне рот. Я охотно впускаю его язык, который устремляется за моим: скользит по нему, надавливает, изучает. Лев с жадностью поглощает мои тихие довольные стоны. Развязав трусики бикини с одной стороны, он прижимает горячую ладонь мне между ног, пока не касается лобковой кости. Соски возбуждаются еще сильнее, и я содрогаюсь, беспомощно вращая бедрами в погоне за его прикосновениями.

Я хочу, чтобы он нагнул меня над балетным станком и жестко трахнул. Хочу, чтобы сказал, что все будет хорошо и мы справимся вместе. Я хочу, чтобы он кончил в меня и смотрел, как из меня сочится влага. Чтобы вылизал мои бедра и шептал нежности, которые впитаются в мою кожу.