Книга Порочный ангел, страница 159 – Л. Дж. Шэн

— Странная логика. Давай я спрошу, принимает ли он гостей. – Она захлопывает дверь у меня перед носом, и я, не сдержавшись, издаю смешок. Неудивительно, что он такой жесткий. У него это в генах.

Почему-то я знаю, что он согласится со мной увидеться. Грим не склонен увиливать и, даже если у нас бывают разногласия, всегда открыто встречает вызов. Именно поэтому он полноправный обладатель титула капитана. Дверь открывается. На этот раз передо мной стоит Грим в толстовке от No Fear и в спортивных штанах с цветными разводами, будто на дворе 90-е. Он хмуро на меня смотрит.

— Мне казалось, я уже вынес мусор.

— Приятель, – я примирительно выставляю ладони. – Можно на пару слов?

— Если честно, я хочу услышать только одно. – Он скрещивает руки на груди. – И ты знаешь какое.

— Прости. – Слово легко слетает с языка. Я всегда понимаю, если облажался, а с Гримом точно все испортил. – Я поставил свое эго превыше твоего счастья, а это очень паршиво по отношению к лучшему другу. Я так стремился быть лучшим, что от моих принципов ничего не осталось. Я знал, как сильно тебе была нужна эта победа, чтобы вырваться из власти семьи, но все равно поступил неправильно.

— Тогда зачем ты это сделал? – Грим прищуривается. Он не спустит мне все с рук. Не сейчас. Черт, он даже не предложил мне войти. – Почему подверг меня всей этой хрени?

Я шумно выдыхаю.

— Потому что хотел осчастливить отца и брата. Их одобрение было для меня важнее собственных мечтаний. Занимать пост капитана футбольной команды Школы Всех Святых – наша семейная традиция, и я не хотел ее нарушать. Но, как оказалось, из-за нее сам пошел на дно, – провожу рукой по голове, глядя под ноги. – Я сделал это, чтобы угодить другим, а в итоге принес одни несчастья. Нам с тобой в том числе.

Грим втягивает воздух сквозь зубы, обдумывая мои слова.

— Что ж, тебе придется это компенсировать.

Я смотрю на него, нахмурив брови.

— Как?

— Для начала не облажайся в ситуации с Бейли. Ты знаешь, что должен все исправить.

— Уже этим занимаюсь, – киваю я.

Грим закатывает глаза.

— Хочешь зайти?

— Не могу, – говорю я. – Нужно решать неотложные проблемы.

— Ну, – ухмыляется Грим, – считай, что мою решил.

Глава 27. Бейли

Я вырезаю на коже голубка разделочным ножом, который стащила на кухне.

Если мама когда-нибудь об этом узнает, то слетит с катушек. Но ее здесь нет, и она не может меня отругать. Я сейчас в убежище своей студии. Наедине с моими демонами.

Из свежего шрама на коже сочится кровь. Я решила сделать эту самодельную татуировку именно на бедре, чтобы спрятать ее от посторонних глаз. Я наношу себе повреждения не только потому, что застукала Льва, когда он обнимал Талию, словно драгоценное редкое создание. Но и потому, что травмы причиняют такую боль, что на глаза наворачиваются слезы. Эндорфины помогают притупить боль от травм. К тому же в последнее время жизнь – сплошная череда маленьких прорывов со Львом, грубо сшитых вместе разочарованием.

Мне бы сейчас не помешали какие-нибудь обезболивающие или антидепрессант, чтобы притупить боль. Удушающую тревогу. Но Лев смыл их все в унитаз. Сволочь.

Оставшись довольной своей работой – голубок получился маленьким, совсем крохотным и красным, – я бросаю окровавленный нож на пол. Беру телефон и просматриваю вчерашние сообщения Льва.