Книга Пропасти улиц, страница 74 – Любовь Левшинова

Он не ждал у себя двинутого друга Штат, но ничего не сказал, чтобы не выглядеть недовольным снобом.

— Вик, завали щебетальник. – Штат тяжело вздохнула, снова завалилась в кресло.

Парень, разглядывая помещение, прошел в глубь мансарды, поиграл бровями, глядя на блондинку.

— М-м, хахаля своего защищаешь?

— Чего? – Штат удивленно ощетинилась, не понимая, к чему этот цирк.

— Шучу, успокойся, – отмахнулся Виктор, критичным взглядом осматривая картины. Снова нахально взглянул на парня. Дерзкая, похабная улыбка расползлась на тонких, злых губах. – Хотя не удивлюсь, если ты, Глеб, по-настоящему говном мазать начнешь. – Вик раскатисто засмеялся, словами втаптывая парня в грязь. – Со… нынешнее искусство – оно такое.

Штат хихикнула в кулак от дурацкой шутки, переглянулась с другом, поставила чашку на тумбу. Личность девчонки таяла на глазах, трансформируясь в показушную уверенность.

— По факту. – Она ярко улыбнулась, потягиваясь в кресле. – Глеб, конечно, недалеко ушел, но все равно лучше рисует.

Глеб зло взглянул на друзей. Ему показалось, что Штат мгновенно затянуло в поле придурка Виктора: тот успел оскорбить и его, и свою подругу, но Штат, вместо того чтобы защищаться, примкнула к нему.

— Спасибо за комплимент, – недовольно бросил Глеб, девчонка с наигранной улыбкой кивнула.

— Не за что, дорогой.

— Это был сарказм, – выплюнул слова парень, на что Виктор зло хмыкнул, увидев нужную болевую точку.

— Кто-то у нас обидчивый. – Он въедливо улыбнулся.

Штат поддакнула, поднимаясь с кресла.

— Творческая натура, что поделать. – Она тоже улыбнулась, пожимая плечами. – Обидеть художника может каждый. – Обернулась к Глебу. – Я заберу холст потом?

Глеб хмуро кивнул.

Эти двое существовать друг без друга не могли. Оба – поломанные и слишком чувствительные. По крайней мере Штат.

Полчаса назад она полностью отдавалась творческому процессу, восхищалась искусством и выворачивала наизнанку душу, а сейчас делала вид, что ей плевать.

Будто оправдывалась за то, что любила что-то недостаточно «крутое». Слабачка.

— Не плачь, пацан. – Виктор ухмыльнулся, наблюдая за эмоциями на лице парня. – Лови. – В руки Глеба прилетела синяя капсула с порошком. Как гребаная подачка. Будь проклята Штат: показала ему это дерьмо и его классный эффект, а потом прибрала к рукам поставки в аптеках, где раньше их можно было купить самому. И ладно Штат – теперь он зависел от Виктора, мудака этого. Конечно, Глеб мог бросить в любой момент. Просто не хотел. – Мы еще услышим о твоем отфигаченном носе. – Вик весело цокнул, Глеб презрительно фыркнул.

— Ухе. Если ты про Ван Гога, – сделал он саркастичное замечание.

Виктор только отмахнулся.

— Неважно, – беспардонно бросил он. Штат буквально ощутила потребность быть на его стороне. Бессознательно казалось, что неудачник здесь не Виктор, абсолютно не разбирающийся в теме, а Глеб, не к месту выпячивающий свои знания. – Нужен будет нож – маякни, – снисходительно добавил он и посмотрел на Штат. Понимание ситуации «двое против одного» сносило крышу.

— Да, а то твой коротковат, – бездумно ляпнула девчонка, но заметила обиженное лицо Глеба. – Ладно тебе, я прикалываюсь, – отмахнулась она, собирая вещи. Кивнула другу на выход. – До пятницы, – обратилась она к Глебу и подошла ближе, когда Виктор направился к двери. – Ты реально талант, Глеб. Спасибо за совет. – Она внимательно посмотрела на него и тепло улыбнулась. Вся неприязнь к девчонке испарилась из-за этой улыбки. Глеб кивнул. – Это было необычно.