Книга Пропасти улиц, страница 42 – Любовь Левшинова

Это пугало. Потому что задетая гордость искажала зрение: он начинал видеть в ней девушку.

Она по привычке сидела на его кухне лишь в футболке и трусах. Сосредоточенно высовывала кончик языка, портя бархатную кожу бедра. Рука не дрожала, хрупкие запястья бледнели на фоне черной футболки, будто вырезанные из бумаги.

Очевидно, инстинкт самосохранения у Штат отсутствовал напрочь. Она же была такой тщедушной, худой. Вик ее запястья мог одной рукой обхватить.

Штат еще раз плеснула на иголку в руках перекисью. Вику пришло сообщение. Он пошел открыть дверь.

— Вечер в хату, – улыбнулся Арсений.

Штат, сидя в футболке и трусах, только недовольно нахмурилась, не смутившись. На первый взгляд.

Иррациональное желание поставить подругу в неловкое положение, оправдывая себя тем, что обычно ее подобное не задевает, билось венкой на шее. Виктор видел порыв всего ее существа сжаться в клубок из-за стеснения, но Штат заставила себя остаться в прежнем положении. Не она здесь была гостем. Незваным гостем.

— А этот утконос что тут делает? – Она со скепсисом оглядела парня, вставшего у раковины на маленькой кухне.

— Мы нашли дгуг дгуга «Вконтакте». Я его… позвал, он был на вечегинке уже, ты не заметила, видимо, мы поладили. – Вик пожал плечами.

Штат закатила глаза, ватным диском протирая бедро. Боль должна быть минимальной: эффект недавней дорожки уже испарился, но обезболивающее действие должно было остаться.

— Блондинка вне закона в своем стиле. – Сеня хохотнул, доставая из пачки на столе сигарету. – А вы типа забивные, да? – Он с интересом взглянул на девчонку.

Виктор заметил все тот же жадный блеск в глазах парня. Хотелось попросить Штат одеться, он уже пожалел, что не предупредил ее о визите нового знакомого, но было поздно. Он знал, какой поток небогоугодных слов мог выслушать из-за этого.

Штат вопросительно выгнула бровь.

— Заби… что? – Она снисходительно оглядела парня. Он был слишком дружелюбным, это настораживало. Штат решила включить высокомерие, которым ее попрекал Виктор, на максимум. – Молодой человек, вы изъясняетесь крайне непонятными мне идиомами, чем загоняете в тупик и заставляете гадать о природе возникновения вашего вида. – Она хмыкнула и вернула внимание к иголке в руке. – Будьте добры, отвалите от дамы, пожалуйста.

Сеня широко улыбнулся, прочистил горло.

— Прошу прощения, мадемуазель, что смутил вас своими неуместными предположениями. Если вы всем сердцем желаете, чтобы я откланялся, мы с моим стремлением завести друзей немедля покинем ваше пристанище. – Сеня исподлобья взглянул на блондинку, довольный удивлением на ее лице. – Озвучьте свой вердикт.

Штат медлила. Улыбка расползалась на ее губах: парень не был типичным гопником, ей это нравилось. Ведь несмотря на их род деятельности на досуге, каждый участник Якудз имел хорошее образование, и некоторые знали по два, а то и три, как Эдик, языка. Они были плохими детьми хороших родителей. А такие вне ее зоны комфорта встречались редко.

— Добро пожаловать, – благосклонно кивнула она, удовлетворенная ответом парня. Сделала приглашающий к столу жест рукой. – Вик, предложи гостю закуски и аперитив, – добавила себе под нос Штат.

Виктор достал из холодильника нарезанный батон, пачку плавленого сыра и полупустую бутылку мартини. Поставил угощение на стол.