Книга Шелковый хаос, страница 86 – Фэя Моран

Я усмехнулся своему отражению. В глазах плясали черти, которых отец так безуспешно пытался вытравить из меня годами, но, когда ничего не получилось, оставил все как есть.

— Сделай еще карман для ножа, – добавил я.

— Но… кириос… это же свадебный камзол…

— Поверь, дружище, на этой свадьбе нож может понадобиться мне раньше, чем обручальное кольцо.

— Нож – это слишком вульгарно для такого кроя, Деймос. К тому же, он будет портить линию бедра.

Голос, внезапно раздавшийся в примерочной, прозвучал довольно неожиданно. Я вскинул голову и встретился взглядом с отражением Ригаса в зеркале. Мой кузен стоял в тени тяжелых портьер, сложив руки на груди, и выглядел так, будто только что сошел с обложки журнала для тех, кто владеет миром, но не кричит об этом: безупречная осанка, сдержанный черный костюм и взгляд человека, который просчитывает последствия раньше, чем ты успеваешь открыть рот.

— Ригас. – Я расслабился, но ухмылку не убрал. —Давно ты тут?

Кузен слегка улыбнулся и шагнул к нам.

— Достаточно, чтобы понять, что ты все путаешь алтарь с ареной.

Филат невольно выпрямился и склонил голову перед явивишимся наследником Дома Аида.

И хотя последние десять лет этот светловолосый засранец славится своим безупречным нравом, я-то помнил его другим. Мы были не просто двоюродными братьями, я, он и Эррас были тремя углами одного треугольника, который когда-то терроризировал виллы наших родителей.

Я смотрел на него через зеркало и вместо двадцатишестилетнего наследника видел того десятилетнего мальчишку, который с самым невинным видом прикрывал мои прогулы перед учителями. Мы с Эррасом всегда были как два оголенных провода – искрили, лезли в драки и проверяли мир на прочность. А Ригас… Ригас был тем, кто делал наши безумства возможными.

Я помню, как мы в двенадцать лет решили угнать лодку дяди Стефана. Мы с Эррасом возились с мотором, перепачканные в мазуте и потные от азарта, а Ригас стоял на пирсе в идеально белой рубашке, следя за часами и охраной. Когда нас все-таки поймали, мы получили по полной, а вот Ригас обошелся лишь мимолетным взглядом дяди Паисия, потому что у него не было ни единого пятнышка на одежде, а его оправдания звучали настолько логично и вежливо, что взрослые просто не могли поверить в его причастность.

Он всегда был нашей «безопасной гаванью» и нашим главным стратегом. Если я ввязывался в драку в клубе, Ригас подходил к владельцу, вежливо извинялся и решал вопрос чеком или парой слов так, что возмущения утихали

— Карман для ножа в свадебном камзоле? – Ригас подошел ближе, и Филат почтительно отступил, давая ему место. – Весело тебе придется в браке.

Он протянул руку и почти отеческим жестом поправил мой воротник.

— Помнишь, как мы лазали на скалы? – тихо спросил Ригас. – Ты тогда сорвался, и я держал тебя за руку почти десять минут, пока Эррас бежал за веревкой. Ты смеялся, глядя вниз на острые камни, а я проклинал твое безрассудство.

Я криво усмехнулся, вспоминая вкус соли на губах.

— Ты и сейчас смеешься, – продолжал кузен. – Но ситуация с Анархией, мне кажется, опаснее, чем те камни, Деймо. – Он отпустил мой воротник и отошел на шаг. – Я пришел навестить тебя, когда узнал, что у тебя примерка костюма. Так непривычно видеть тебя в…

— В этом похоронном наряде? А как по мне очень символично.