Книга Шелковый хаос, страница 66 – Фэя Моран

Мои брови поползли вверх. Я попытался не начинать расспросы о том, кто этот парень, черт возьми, такой, поэтому быстро выдал:

— Довольно, Инес… Ты же моя сестра!

— И что? Так он любит меня или нет?

— Пошел он на хрен… – Я мигом стал вдвое серьезнее. – Если ты продолжишь о нем так говорить, мне придется натравить на него Анархию. А это, поверь, будет не самый приятный опыт для него.

Инес слабо улыбнулась и поинтересовалась:

— Что ты посоветуешь мне сделать?

— Послать его к черту и никогда в жизни больше не общаться с парнями кроме родственников.

— Деймаки, серьезно.

— Я был предельно серьезен!

— Но он очень… хороший. Мне кажется, я его очень… люблю.

Я замер, чувствуя, как внутри все напряглось.

— Любишь? – переспросил я. – Ты серьезно сейчас?

Инес кивнула, не поднимая глаз. Она начала ковырять пальцем край покрывала.

О-о-о, началось… Маленькая сестренка выросла и нашла себе принца.

— Слушай, Инес… – Я замялся, пытаясь выдавить из себя не «запрись в комнате до тридцати лет», а что-то действительно полезное. – Если ты чувствуешь, что он хороший, это уже неплохо. Но хорошие парни часто оказываются самыми хитрыми манипуляторами.

— Он не такой! – Она вскинула голову, и в ее взгляде блеснула та самая фамильная искра упрямства. – Он… он внимательный. Он не пытается казаться круче, чем есть. И когда мы разговариваем, мне кажется, что он действительно слушает меня.

Я почувствовал, как защитный барьер внутри начинает медленно рушиться под напором ее искренности. Черт.

— Ладно, – выдохнул я, сдаваясь. – Если ты действительно так считаешь… Мой совет: не спеши. Дай ему шанс проявить себя, но не раскрывай все карты сразу. Парни любят… ну, охоту. Если все достается слишком легко, они перестают это ценить. И самое главное… – я замолчал, подбирая слова.

— Что? – Инес подалась вперед.

— Не позволяй ему менять тебя. Если он попытается «подправить» твой характер под себя, шли его к чертовой матери сразу же. Поняла?

Она молча смотрела на меня несколько секунд, а потом вдруг рванулась вперед и крепко обняла меня, уткнувшись лбом в плечо.

— Поняла.

— Ну ладно. – Я с улыбкой похлопал ее по спине. – А теперь иди, пока я не передумал и не запер дверь снаружи.

Инес отстранилась и встала с кровати.

— Спасибо, Деймаки. Ты иногда бываешь полезным.

Она пошла к выходу и уже взялась за ручку двери, когда я окликнул ее:

— Эй, Инес.

Она обернулась.

— Имя у него есть?

Сестренка закатила глаза.

— Не надо. Ты же обязательно попытаешься узнать о нем все. Или отправишь кого-то из охраны, чтобы разобраться.

Я положил руку на свою грудь.

— Обещаю, что не буду.

— Нет, Деймаки. Прости, но я не скажу.

И с этими словами Инес захлопнула дверь, выпорхнув из моей комнаты как бабочка.

Я остался в тишине, раздумывая о том, что все подозрения после разговора с Инес крутились только вокруг чертового Димитриса.

* * *

Родители вернулись ровно за два часа до того, как нам предстояло ехать в собор на репетицию венчания.

Папа выглядел расслабленным, что удивило меня. Они с мамой вошли в дом, с улыбками о чем-то переговариваясь, а затем велели слуге приготовить на веранде традиционный горный чай и крепкий эллиникос – греческий кофе с густой пенкой-каймаки.

— Нам всем нужно немного выдохнуть перед этим марафоном в соборе, – произнесла мама.