Книга Загадка тихого озера, страница 85 – Дарья Калинина

— Бедный я, бедный. За что мне все на голову валится?

— Вставайте! Мы вам поможем.

Втроем женщины с трудом подняли Рудольфа на ноги. Тот оказался человеком не просто полным, но еще и очень тяжелым. Калачик крутился тут же, но больше мешал, чем помогал. И все же поведение собаки говорило о том, что гость ему симпатичен, дурного он о нем сказать ничего не может, а потому одно это расположило Олю вновь в пользу Рудольфа.

Она налила гостю крепкого чаю в большую кружку, украшенную розовым цветком чертополоха. В чай она щедро добавила сливок, сахара и рюмку коньяка. Лучшее средство, чтобы согреться и успокоиться. Рудольф с благодарностью принял и чай, и остатки вчерашнего пирога с капустой, которые Катя разыскала у них дома со Светланой в дальнем углу холодильника и которые были ею выданы в пользу голодающего, разогреты в печке и переданы Рудольфу для подкрепления его сил.

— Я знаю, что вы не хотели причинить моему Калачику вреда, — миролюбиво начала Оля. — Вы даже купили ему мячик в магазине игрушек.

— Купил. Из-за него, из-за этого мячика, беда и приключилась. Мы с вашим песиком так славно сдружились, играли вместе. Я кидал мячик, он мчался за ним, приносил его мне, чтобы я снова кидал.

В один из таких замахов Рудольф не заметил обрыва, который был коварно замаскирован в высокой густой траве. И, стремясь кинуть мячик подальше, сделал неверный шаг, оступился и полетел вниз.

— Самое интересное, что мячик я Калачику все-таки успел кинуть. Он за ним и умчался. И, наверное, здорово недоумевал, когда вернулся назад, а меня там не обнаружил.

Трудно понять, что должен был испытать Калачик, когда вернулся с мячиком к своему другу, но не обнаружил того на привычном месте.

— А я не мог подать ему сигнала. Не мог позвать его. Лежал без сознания в канаве. Даже словечка проронить и то не мог.

Какое счастье, подумала Оля. А то и Калачик бы сиганул вниз к своему новому другу. Ума у него на это, пожалуй, хватило бы.

— Когда я пришел в себя и смог выбраться наверх, Калачика уже и след простыл. Я пробовал о нем расспрашивать встреченных мне жителей, но они почему-то шарахались от меня и убегали.

Ну и немудрено! Нетрудно было догадаться, что выбравшийся со дна мокрой канавы Рудольф выглядел жутковато. Да еще время такое, когда шатающийся в потемках грязный оборванный мужчина, бормочущий что-то о своей собаке, обязательно должен был напугать честных граждан.

— Удивительно, как вас в полицию не сдали.

— Хотели, — признался Рудольф. — Но я убежал. Целый день прятался, а потом прибежал сюда, к вам.

— А почему к Алевтине не пошли? Она ведь вас ждала!

— Адрес я ее в канаве потерял. Телефон тоже там утопил, дяде позвонить не мог. Пытался так дом Алевтины найти, не сумел. Совсем уж отчаялся, но вспомнил про вас. Ну что? Примете меня, а?

До чего же непутевый мужик этот учитель физики и изобретатель «приманивателя». Оля с жалостью смотрела на Рудольфа, совсем поникшего на стуле. И как только такой доходяга дотянул до преклонных лет? Ведь, по логике вещей, должен был загнуться еще в ранней юности.

— Когда вы уходили из моего дома, то оставили страшный кавардак.

Рудольф широко распахнул глаза:

— Разве? Впрочем, вполне возможно. Я нервничал. А когда я нервничаю, то все ломаю и переворачиваю. Но я возмещу вам все убытки! Честное слово! Вы только разрешите мне остаться у вас.