Книга Черные перья, страница 2 – Ребекка Нетли

Все менее уютным становится Йоркшир: высоко над скалистыми вершинами, на фоне белых облаков кружат птицы, и, заглушая все звуки, падает и падает снег. Мы будто едем по зыбкому царству снов.

Недалеко от болотистой пустоши небо темнеет, и с меня окончательно сходит дремота. Колеса, сбиваясь с ритма, как сломавшиеся часы, постукивают по свежему льду. Сумерки. Солнце уже низко, замерзшие болота ловят проблески красного заката.

— Видишь рощицу? – говорит Эдвард. – Там я собирал яйца зуйков. А вот в этом болоте утонула лошадь Неда.

За поворотом показывается Гардбридж. Деревья прикрывают обветшалую стену, в саду угадываются очертания кустов и статуй, но смотреть хочется на дом – каменную крепость со множеством окон, мерцающих в рамах с облупившейся краской. Усадьба наполовину погребена под снегом, как зверь, укрывшийся в берлоге. У меня возникает странное ощущение, словно я здесь не впервые. Ничто не удивило, не стало неожиданностью. Вот северное крыло, его почерневшие от копоти каменные стены, точно как описывал Эдвард, а внизу арка, в проеме которой виднеется речка.

Вспоминаю миссис Брич, друга нашей семьи. Ее всегда можно было узнать издали по вычурной шляпке с вышитой на полях птицей. Мой отец неизменно говорил о ней с пренебрежением. Она же не упускала ни единой возможности рассказать мне о большой дружбе, связывавшей ее с моей теткой, а я, скучая, всякий раз рассеянно слушала знакомые истории в ожидании паузы, когда смогу извиниться и улизнуть.

Но в тот день она начала иначе.

— Вы, я слышала, собираетесь замуж, мисс Эдж?

Только и думая что о свадьбе и привыкнув уже к восторженным восклицаниям, пожеланиям, сыпавшимся как из рога изобилия, я радостно закивала. Однако миссис Брич продемонстрировала удивительную сдержанность.

— Примите мои наилучшие пожелания, – вот все, что она сказала.

Я помолчала, желая лишний раз услышать, какой удачный меня ждет брак: жених не только состоятелен, но и художник, как вдруг миссис Брич, наморщив лоб, положила руку мне на локоть.

— Вы будете жить в Гардбридже?

— Собираемся.

Она отступила на шаг, и взгляд ее помрачнел.

— Вы там бывали? – спросила я.

Она покачала головой и поплотнее закуталась в накидку.

— Нет, но слыхала. Вы, конечно, не того от меня ждете, дорогая, однако в память о бесценной дружбе с вашей тетушкой я бы не рекомендовала вам вступать в этот брак.

Я хорошо знала странности миссис Брич, а потому ее реакция на мое скорое замужество встревожила меня меньше, чем могла бы, исходи она от кого-то другого. Но все-таки я довольно резко спросила:

— Почему же мне, по-вашему, следует расторгнуть помолвку?

— Понимаете, я имею в виду сам Гардбридж. Впрочем, и родившихся там женщин.

— И что с ними не так?

Миссис Брич немного смутилась.

— Простите. Вы, я вижу, взволнованы. О Гардбридже всякое говорят. Не только хорошее. Удивительно, что вы еще ничего не слышали.

— Что говорят?

— Что это дурное место. Место, где творится дурное.

И вдруг, несмотря на солнечную погоду и несерьезное отношение к словам миссис Брич, вспомнив о безвременной смерти первой жены Эдварда и их сына, я содрогнулась.

Экипаж останавливается, и я отвлекаюсь. Выйдя из экипажа, проваливаюсь в снег, и Эдвард, сбив мою шляпу, подхватывает меня.

— Ну что, жена, добро пожаловать в новый дом.