Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 47 – Евгения Райнеш

— Странно, — сказал Клим. — Почему это так сложно? И я сомневаюсь, что собственник Кош Мара — один из аристократов, пускающих пыль в глаза.

— Как вы сказали? — удивлённо переспросил Егор. — В смысле, вы назвали дом кошмаром?

— А, — Клим махнул рукой. — Это так… Мои заморочки. Но если я сделаю сессию и покажу все кадры, и отдам те, которые вам понравятся, вы постараетесь вывести меня на хозяина?

Походило на шантаж, но суровые события требовали суровых мер.

— Вам-то зачем? — искренне удивился Егор.

— Нужно, — упрямо ответил Клим.

Он не собирался посвящать в свои планы вообще никого. То, что происходило, было только между ним и Кош Маром.

— Может быть, и постараюсь, — улыбнулся Егор. — Вы будете там снимать? Я вызвал клининг, распорядился, чтобы они убирали бережно, не нарушая атмосферу. Сейчас…

Он глянул на явно дорогие часы на своём запястье.

— Как раз уже должны закончить.

Клим коротко кивнул. Он повесил через плечо тяжёлый громоздкий кофр, взял в руки штатив. Лампы и отражатель пригодятся завтра, он решил пока оставить их в студии.

— Вы куда сейчас? — спросил Егор. — Подвезти? Кажется, ваша ассистентка уехала.

— У меня недалеко машина.

— Так когда мы встретимся вновь? — Клим уже запирал студию, а этот Егор всё никак не отставал от него.

— Когда вы что-то узнаете о настоящем собственнике дома…

Вечер бежал за минивэном Клима, как потерявшийся щенок. Пушистые сумерки обволакивали его даже сквозь стёкла, гладили тёплыми лапами по лицу, забирались мохнатыми гусеницами за шиворот. Сумерки казались ему сегодня на удивление живыми, и Клим ехал осторожно, словно боялся ненароком раздавить что-то наивное и хрупкое, витающее в душном летнем воздухе.

Он остановил машину на стоянке за углом, так не хотелось тревожить тихий двор Кош Мара. Прошёлся пешком, стараясь дышать глубоко и спокойно. Открыл калитку и…

Сначала Клим замер, а только потом медленно, словно боялся спугнуть кого-то или что-то, повернул голову. На бревне, где ещё недавно позировала для зомби апокалипсиса Татка, сидела маленькая фигурка, болтая ногами.

Сначала сердце тревожно забилось, но через мгновение отпустило. Это точно не был ни маньяк, ни дожидавшийся эксклюзива журналист.

— Ната⁈ — громко позвал Клим.

В темноте он не видел лица, просто предположил. Кто ещё такой невысокий и хрупкий мог сидеть во дворе дома, который все — и даже бомжи и нарики — обходят стороной? А уж теперь, когда весть об убийстве наверняка разнеслась по округе, тем более.

Фигурка повернулась в его сторону и приветственно подняла ладошку. Клим обрадовался. Хоть что-то хорошее произошло за пару ужасных дней. Ангел вернулся, конечно, это повод для радости.

Хотя… Какая радость? Уже очень поздно, совсем темно, в этом районе точно орудует маньяк… Маленькая девочка одна в такое время и в таком месте. Клим быстро пересёк двор, направляясь к фигурке.

Ната радостно улыбалась. В этот раз на ней был просторный тонкий свитерок — нежно голубой и длинный, почти до колен. Такие же голубые носочки светились поверх мягких туфелек-балеток. Неизменный рюкзачок лежал рядом.

— Привет! — сказала она.

— Почему ты…

Ната перебила, не дослушав.

— Ты встретил пустодомку! — нисколько не сомневаясь, торжествующе констатировала факт. — У тебя получилось открыть эту дверь. Коша Мара теперь может приходить сюда. Пойдём скорее, я давно жду! Она вернёт Белку.