Онлайн книга «Преступные камни»
|
Инна вытащила из сумочки руку с револьвером. Бок сумочки был пробит. «Хороший выстрел, если учесть, что я била вслепую, — похвалила себя Инна. — Придумала тоже, карга: русская рулетка! Я в такие игры не играю. У меня пистолет заряжен всеми пулями!» * * * Спустя десять минут Инна с объемистой сумкой через плечо уже сбегала по лестнице. «Вы думаете, вы оба мне были нужны? — весело думала она. — Ты думал, Андрей, ты был мне нужен? Все эти твои подарки? Вся эта твоя любовь? Да ведь мне просто надо было попасть в твою квартиру, дурачок!» * * * Это преступление произошло семь лет назад, 23 июня 1993 года. Тогда в квартире нефтяного магната Андрея Р. на Кутузовском проспекте была не только застрелена его супруга Нина Дмитриевна, но и похищена частная коллекция: полотно Рембрандта, семь эскизов Рубенса, два полотна Моне, эскизы Ренуара, три картины Левитана, ювелирные украшения работы Фаберже — всего на сумму около семи миллионов долларов. Преступника до сих пор не нашли. Ольга Володарская • К гадалке не ходи • Антонина поднесла ко рту фужер с шампанским и приготовилась сделать глоток, но тут по квартире разнесся такой громкий крик, что она поставила бокал на столик и выбежала в прихожую, чтобы узнать, кто кричал и почему. Как и следовало ожидать, голосила маменька. Из трех присутствующих в помещении женщин только она могла издавать столь пронзительные звуки. Две остальные были слишком интеллигентны, чтобы орать в гостях. К тому же у одной из них был ларингит, и она могла только шептать. Тогда как маменька орала. И орала так, что остальные женщины зажимали уши ладонями, а находящиеся в некотором отдалении мужчины страдальчески морщились. — Мама, прекрати! — попыталась урезонить ее Антонина. Но та голосить не перестала, зато сменила репертуар: если до этого она просто кричала «а-а-а», то теперь стала выдавать вразумительные слова: — Укра-ал! Украл, гад! — Что? — полюбопытствовали гостьи хором. — Кто? — спросили мужчины и тоже в унисон. — Бриллиант! — ответила маменька на первый вопрос, причем весьма пространно: — Фамильный бриллиант! Старинный. Чистейшей воды. Редкого цвета. Ценой в миллион долларов! На самом деле она, как всегда, преувеличила. Бриллиант был изготовлен из алмаза, добытого на якутских приисках двадцать лет назад. В их же семье он появился и того позже: в конце девяностых. Купил его ныне покойный Тонин отец на «черном» рынке в подарок жене на золотую свадьбу. Стоил тот сравнительно недорого, поскольку был не очень чист: мало того, что сам был мутноват, так еще и попал на прилавок после какой-то темной истории. Но Тониного папу не смутило ни первое обстоятельство, ни второе, и он приобрел бриллиант, затем вставил его в золотую оправу и преподнес перстень любимой женушке. Та, естественно, пришла от подарка в неописуемый восторг, но носить не стала. Спрятала! От греха подальше. Но при этом стоило в их доме появиться новому гостю, как матушка доставала сокровище и хвасталась им, с каждым годом прибавляя к его стоимости десятки тысяч долларов. И вот теперь он достиг цены в миллион! — Мама, что ты несешь? — одернула ее Тоня. — Ему красная цена — тысяч сто пятьдесят, и не долларов, а рублей! — А по-твоему, сто пятьдесят тысяч уже не деньги! — возмутилась та. — Не знала, что библиотекари у нас сейчас столько зарабатывают, что им сам Абрамович позавидует. |