Книга Тайна венецианского купца, страница 55 – Наталья Николаевна Александрова

И он сделал вид, что пытается опустить гильотину, отчего Антонина вскрикнула и вдруг подумала, что лицом он похож на того черта, который в гостиной поддерживал лампу с абажуром зеленого стекла.

— Рука левая, так что не все так плохо… – прошипел старик злорадно.

Надо отдать должное Софье: она, конечно, испугалась, но не потеряла самообладания и даже сумела справиться с голосом, чтобы он не дрожал:

— А третий вариант? Есть же третий… Что ты от нас хочешь?

— Не смей называть меня на ты! – закричал он. – Ты не представляешь, с кем говоришь!

«Псих, – поняла Антонина. – Мы попали к сумасшедшему, с такими нельзя спорить…»

— Прошу вас, – заговорила она, – отпустите нас, мы же не сделали вам ничего плохого… Если вам неприятно наше обращение, то скажите, как вас называть?

— В общем, так, – старик успокоился, – мне нужны люди, которые будут мне служить. Станете делать все, что я скажу.

Подруги переглянулись. Им бы только выйти из этой квартиры, так что можно пообещать все, что угодно. Хозяин квартиры, однако, кивнул на камеру и усмехнулся:

— Тут неподалеку произошло ограбление. С убийством. Убили одинокого пожилого антиквара. Позарились на ценности. Так вот соседи видели, что входили к нему две женщины.

— Это не мы! – закричала Антонина. – Мы вообще… мы никогда… мы ни за что…

— Не надо так волноваться, – он издевательски хмыкнул, – просто подумайте, что скажет полиция, когда увидит записи с моей камеры? Вы просто изумительно подходите по всем статьям, особенно вот ты, – он кивнул на Софью. – Вид у тебя как у заправской злодейки, прямо леди Макбет местного разлива! Так что, мои дорогие, светит вам очень приличный срок. Это в случае, если вы сразу согласитесь со всеми обвинениями. А если нет, то будет еще и больно… очень больно…

Он сильно сжал локоть Антонины, так что кости едва не хрустнули, и добавил, усмехнувшись, что у нее-то внешность как раз самая невинная – симпатичная приветливая блондинка, хотя был случай, когда такая блондинка с невинными голубыми глазами зарезала пять человек. Так что полицейские вряд ли купятся.

В общем, старик не оставил им выбора. Сказал, что, пока они будут послушно работать на него, заветная пленка останется лежать в надежном месте.

Он запретил им заниматься прежним мошенничеством и платил какие-то деньги, чтобы было на что жить. Они за это выполняли его многочисленные поручения, на первый взгляд почти бессмысленные: куда-то съездить, что-то передать каким-то подозрительным людям, где-то забрать непонятный сверток и отнести его в странное место.

Подруги не понимали, чем он занимается, а спрашивать боялись. У Антонины гнездилась в голове твердая мысль, что они занимаются крайне подозрительными делами, по сравнению с которыми их прежние занятия выглядели почти невинными. Но она не говорила об этом Софье, боясь услышать в ответ одни насмешки.

Но все же до сегодняшнего случая у них не было таких поручений, где нужно было усыпить человека. А что, если этот пенсионер умрет?

Антонину беспокоило то, как легко Софья все это воспринимает. Гораздо больше она боялась Мастера, как велел себя называть лысый тип с желтой пергаментной кожей, ведь они так и не нашли эти треклятые счеты, которые были ему так нужны. И гнев его будет страшен.

Но ведь в квартире их действительно не оказалось, тогда как Мастер утверждал, что они находятся там. И хозяин квартиры тоже удивился, не найдя счеты на обычном месте…