Книга Тайна венецианского купца, страница 54 – Наталья Николаевна Александрова

Она тут же захотела уйти из этой квартиры. Притвориться, что ей плохо и нужно поскорее на воздух. А что? В квартире такая духота стояла, и запах какой-то неприятный.

Антонина попыталась встать, но оказалось, что старик вроде бы случайно задвинул ее стул в угол, а свой поставил рядом так, что она не могла выйти из-за стола. Хозяин же квартиры внезапно как-то обмяк и всем весом навалился на стол.

— Что такое?! Что?! – вскричала Антонина.

— Да ничего! Просто устал меня слушать, – отмахнулась Софья. – У стариков это бывает.

— Врешь! Ты применила к нему гипноз!

— Никакой не гипноз, а нейролингвистическое программирование. Не зря же я на курсы ходила. Видишь, действует!

Антонина решила, что с нее хватит, и если ей удастся выбраться из этой квартиры, она завяжет со всеми криминальными делами. Пошлет Соньку куда подальше и устроится на работу – хоть секретаршей, хоть уборщицей. И ни с кем из старых знакомых видеться не будет, а при случайной встрече даже не кивнет. Хватит с нее приключений на собственную задницу!

Старик тем временем продолжал сидеть неподвижно. Чтобы сдвинуть его с места вместе со стулом, нечего было и думать.

Софья усмехнулась, осмотрела гостиную и пожала плечами. Тут брать явно было нечего. Стол, и тот без ящиков. Где же он деньги хранит?

Она вышла из спальни, оставив дверь открытой, и вошла в другую комнату, надо думать, спальню. Было слышно, как Софья стучит ящиками. Вот что-то упало, она чертыхнулась, а потом… потом раздался крик, который заглушила самая настоящая сирена, пусть и не такая громкая, как пожарная.

Антонина дернулась, попыталась вскочить, но тут ее схватили за плечо, и резкий шипящий голос приказал:

— Сидеть!

Она так испугалась, что окаменела на стуле.

Сирена все выла и выла, врезаясь в мозг, отчего Антонине казалось, что в голове у нее огромная дыра.

— Если я подожду еще пару минут, сюда приедет полиция, – сообщил ей старик.

Да какой к черту старик! Не то чтобы он помолодел, но со стула вскочил легко, как мальчишка.

— Выключите! – взмолилась Антонина, которой было не до полиции. Она боялась, что голова сейчас лопнет, или дрель сирены просверлит в голове дырку, и все, что в ней находится, вырвется со свистом.

Хозяин квартиры нажал кнопку на пульте, который невесть как очутился в его руках, схватил Антонину за локоть и потащил в другую комнату. Черт с лампы злобно скалился им вслед.

Переступив порог, Антонина увидела письменный стол с выдвинутыми ящиками, шкаф с книгами, а на стене – портрет старика с аккуратной седой бородой в черном бархатном камзоле с белым пышным воротником. Старик с картины сердито смотрел на беспорядок и на Софью, которая, тихонько подвывая, взирала на свою левую руку. Рука была зажата металлическим браслетом и обездвижена, а сверху над ней нависало устройство, которое Антонина с ужасом определила как небольшую гильотину.

— Ага, – кивнул хозяин квартиры, – голову, конечно, не отрубит, но пальцы – запросто.

— Чего тебе нужно? – проскулила Софья.

— Правильно мыслишь, – одобрил старик, – и не смей называть меня на ты! Вон, видишь? – Он махнул рукой наверх, и Антонина, приглядевшись, заметила глазок видеокамеры.

Хозяин снова нажал кнопку на пульте, и глазок погас.

— Так что выбирай, – сказал он Софье, – либо я сейчас позвоню и приедут мои знакомые полицейские, либо я вас отпущу, предварительно испробовав работу вот этого прибора.