Книга Драконья кровь и клятва врача, страница 22 – Татьяна Кравченко

Она чувствовала на себе осторожный взгляд матери ещё до того, как спустилась вниз. Та всегда относилась к их ночным вылазкам настороженно. Не потому, что не понимала, зачем это нужно, а потому, что слишком хорошо помнила, как в юности отец учился летать. Тогда он был неуклюжим, его первые взлёты заканчивались падениями, и она — совсем молодая тогда — бегала к нему в поле, чтобы подхватить, помочь подняться, обмыть ссадины.

— Опять собрались? — голос матери раздался тихо, но в нём было всё — и тревога, и лёгкая обречённость.

— Опять, — ответил отец, спускаясь по лестнице. Он вошёл в кухню — высокий, чуть сутулый, с прядями седины в тёмных волосах. Его глаза светились мягким золотом — знаком того, что в нём уже просыпается драконья суть. — Мы ненадолго.

Мать нахмурилась, но не спорила. Она знала: просить их остаться дома — всё равно что просить реку повернуть вспять.

— Будьте осторожны, — сказала она. — И… не летите слишком высоко.

Вайрис заметила, как отец улыбнулся, но ничего не ответил.

Они вышли в ночь. Луна уже поднялась над лесом, обрисовав верхушки деревьев серебристым светом. Дорога к поляне была короткой, но каждый шаг казался длинным, потому что сердце билось быстрее. Вайрис ловила запахи ночи — влажную землю, мох, чуть терпкий аромат хвои.

Когда они дошли до лесной опушки, тьма стала гуще. В глубине шуршали невидимые зверьки, перекликались совы. Отец остановился, и они молча переглянулись. В этот момент слова были лишними.

Преображение началось как всегда — с тепла в груди, которое разлилось по всему телу. Кости вытянулись, кожа стала плотной, покрылась серебристо-белой чешуёй. Крылья расправились, задевая ветви. Отец рядом стал массивным, с тёмно-синей стальной чешуёй, и янтарными глазами, которые теперь сверкали ярче луны.

— Готова? — его голос прозвучал в её сознании.

— Всегда, — ответила она.

Они разбежались и взмыли в небо. Ветер подхватил их, и мир остался внизу. Под ними лес был тёмным океаном, озеро — зеркалом, в котором отражалась луна.

Отец летел чуть впереди, но Вайрис заметила — он уже не так стремителен, как раньше. Каждое движение крыльев давалось с большей осторожностью. Её сердце сжалось — время и для драконов шло вперёд.

Они кружили над лесом, ныряли к озеру, играли с потоками воздуха, пока звёзды не начали тускнеть. И вдруг… запах. Запах детства.

Она вспомнила.

Ей было лет шесть. Отец впервые взял её летать. Тогда она едва доставала ему до локтя, а крылья ещё даже не умела расправлять правильно. Они шли по этой же тропинке, только трава была выше её пояса, а луна казалась огромной, как сказочный фонарь.

— Главное — не бояться, — говорил он тогда. — В воздухе страх только мешает.

— А если упаду? — спросила она, цепляясь за его руку.

— Падать — это часть полёта, — ответил он. — Я всегда буду рядом, пока ты не научишься держаться сама.

На поляне он показал, как расправлять крылья, как ловить ветер. Первый её прыжок закончился комом — она кувыркнулась в траву и ударилась плечом. Заплакала. Отец присел рядом, погладил её по волосам.

— Ещё раз, — сказал он. — И ещё.

Они пробовали снова и снова, пока однажды её ноги не оторвались от земли, и на несколько мгновений она не оказалась в воздухе. Это было коротко, но в груди взорвался смех. Она тогда поняла — это её.