Книга По снегу босиком вместе, страница 73 – Нани Кроноцкая

— Неконструктивно. — со знанием дела отозвался его дальний родственничек.

И они снова синхронно взгрустнули.

— Мы или делаем вид, что не докопались, аккуратненько дело сворачиваем и разбегаемся дальше работать, или доводим все до конца, чего бы нам это не стоило. — Лер всегда отличался болезненным энтузиазмом. Росомаха, чего с него взять, старший брат всех медоедов.

— Не получится. — Венди задумчиво допивала который по счету литр кофе, рассматривая обоих драконов с каким-то натуралистическим любопытством. Как на ящериц в банке смотрела, ей-богу.

— Это еще почему? — Лер упорным был оптимистом, очень твердым в своих убеждениях.

— А нам никто не поверит. В первом случае. Чтобы мы и неладное не заподозрили? Не смешите мои белые перья, коллеги. Сэм может быть кем угодно: предателем, даже дважды предателем, крысой, агентом под прикрытием, но однозначно — не дураком. И когда мы вернемся, он нас истребит. С чувством глубокого удовлетворения, поодиночке и тихо. Даже со всеми удобствами — на Камчатку за нами валить не придется.

Вот умела она охладить им весь пыл. Оба дракона скорбели уже как на кладбище. Кто угодно бы сразу отчаялся, только не Лер, на него рассудительность Венди не действовала совершенно, (веками проверено). Он только обрадовался, широко улыбнувшись во все свои белые зубы. Сколько их там у него… Много, судя по яркому острому блеску. И ямочки на заросших темной щетиной щеках.

— Ну так здорово же! Значит надо валить его. Всех их ловить и валить. И чего мы раскисли, дражайшие? План-то отличный. — тут он отобрал у Ди ее чашку и залпом допил.

— Вообще ничего в нем не вижу здорового. — Ладон мрачно смотрел в инофон и свирепо листал там какие-то документы.

В кое веки его жизнь обрела яркий смысл. Да, все было непросто. Да, сам все испортить успел, виноват, раскаялся и был полон желания это исправить. Но будущее заблистало самыми яркими красками: академия, Маргарита, любовь, наконец. И героический подвиг ценой вечной жизни не прельщал его теперь совершенно.

Он бы даже сбежал малодушно, такие мысли нет-нет да вползали трусливо в драконью светлую голову. Да вот незадача: тогда его точно бы уничтожили, в это Ди совершенно права. Куда не ткни пальцем, — повсюду тупик. И убежать не получится. Придется вид делать отважный и прорываться с шашкой наперевес. То есть, — с Сильвером.

Ладон взгляд перевел на разумного помощника своего. Своей правой рукой, если честно.

Поправляя очки в тонкой серебристой оправе, водруженные на ту часть фундаментального носа, что у приличных иных называется скромно: «горбинка», Эндрис нервно заерзал под тяжелым взглядом Ладона.

— Я… все продумал уже, — голос у младшего из чешуйчатых осип очень даже предательски-красноречиво.

— Излагай. — разрешил старший.

Лер тяжко вздохнул, и стянул Венди со стула, усаживая ее на свои колени. Нервничал, значит. Она пару секунд еще хорохорилась и устраивалась, потом, пропыхтев ему тихое: «невозможный!» смирилась и замерла. Привыкла давно, и бороться с ним не было смысла.

— Да все просто. Венди строит стационарный портал. Такой, чтобы не заметить его было сложно. Как железнодорожную станцию. Мы заходим, заносим туда оборудование… — на этом месте глаза Ладоновы округлились сверх всякой меры и лицо даже вытянулось. — Да, всякой фигни натаскаем, я вон, для кафедры одних только колб заказал коробок тридцать, не меньше. А еще…