Книга Единые души, страница 68 – Владарг Дельсат

Взявшись за руки, подростки двинулись в холл школы. Широкая лестница, насколько Иван помнил из прочитанного в книге, вела на самый верх, кто знает, как это было организовано, но туда им было не надо. Поднявшись по белой каменной лестнице на второй этаж, за руки подростки повернули налево. Им нужен был третий кабинет от входа, выдававший себя открытой дверью, у которой никого не было.

Едва войдя, Иван осмотрелся, безотчётно страхуя Марью. Опасности на первый взгляд не было, поэтому он чуть расслабился. В классе сидели и стояли человек десять учеников, но вот возраст у них был даже визуально разный. Что это значит, он знал — классы делились по уровню знаний, а не по количеству прожитых лет, поэтому возраст у ничего ещё не знающих детей мог быть всяким.

— Привет, — хором поздоровались двое близнецов, выглядящих, как «медведь», которого Ваня видел на картинке. — Мы — Муромцы, а вы?

— Марья, — представилась девочка, — И Ваня, — показала она рукой на своего «любимого».

— Иван да Марья, — протянул девичий голос.

Обернувшись, Марья увидела одногодку, одетую в красивый сарафан. Глаза её, сиявшие синевой, внимательно сейчас смотрели на них с Ваней, а по лицу блуждала улыбка. Ещё пока не представившаяся девочка что-то хотела сказать, но порог кабинета переступил учитель, что Иван увидел моментально, прикрывая собой Марью.

— М-да, — произнёс вошедший взрослый. — Что же, присаживайтесь. Зовут меня Мефодий Игоревич, вас всех я знаю, так что рассаживайтесь и поговорим мы с вами о мироустройстве.

Скорость, с которой ученики расселись, Ивана не удивила, но вот то, что они это делали с улыбкой, успевая перекинуться парой слов, а учитель ждал, было чем-то опять же сказочным. Вообще ждущий учитель — это… В голове не укладывалось, конечно.

— Итак, — заговорил Мефодий Игоревич, когда все расселись. — Мы поговорим о мире Русь и царстве нашем Тридевятом, несмотря на то что оно единственное. Кто знает, почему царство и мир зовутся по-разному?

— Так всегда было! — возмущённо, но также хором, заявили Муромцы.

— Было, — согласно кивнул учитель. — Но почему? Никто не знает?

Марья от этих ноток в голосе Мефодий Игоревича против воли сжалась, поэтому Ваня прижал её к себе, а учитель подошёл к их парте, присаживаясь на корточки, чтобы сравнять взгляды, и негромко заговорил с ней.

— Марья, — обратился он к девочке, — не надо пугаться. Здесь никто никогда не сделает тебе больно или плохо.

— Оно само… — всхлипнула не удержавшая себя в руках Марья.

Мефодий Игоревич принялся мягко объяснять, почему его бояться совсем не надо, при этом придумывал какие-то очень смешные причины, отчего девочка совсем скоро заулыбалась, отпустив свой страх. Но и учителю, и Ване было понятно — ничего не закончилось.

— Итак, мир, названный Русью, пришёл из старинных преданий народов, — продолжил свою речь Мефодий Игоревич. — Тогда же появилось и царство — из сказок да легенд. Но так как царство у нас волшебное, то напрямую оно с изначальными мирами, коих великое множество, сообщаться не может, для того существуют миры переходные.

— Множество изначальных миров, — задумчиво повторил за ним Ваня. — Интересно.

— Ещё бы, — хмыкнула Марья.

— Переходные миры отличаются от изначальных тем, что они описаны, и часто схематично, а вот тем, что происходит внутри них, пусть и подсознательно, управляет пошедший обычным путём человек, — продолжил учитель. — Кто мне скажет, что такое «обычный путь»? Василиса?