Книга Cкандальный развод. Ты пожалеешь, дракон!, страница 64 – Юлианна Винсент

Мы выбрались из подвала, и я замерла, не в силах сдержать удивление.

Все это время, я думала, что нахожусь в тюрьме. Но то, что я увидела был не тюремный двор.

Небольшой, ухоженный сад, утопающий в зелени. Повсюду цветы, клумбы, ухоженные дорожки. Дети радостно бегающие по территории и огромное здание чем-то похожее на храм или монастырь.

— Где мы? — восторженно спросила я у бабы Яги.

— В пристанище для тех, кому нужна помощь, — пояснила бабуля и пошла в сторону толпы маленьких детей, что играли на лужайке.

Я медленно осела прямо там на траве, почувствовав, насколько сильно вымотали меня все прошедшие события.

Ноги словно налились свинцом. Злость, обида, непонимание, раздражение и усталость — все смешалось в один горький клубок.

В этот момент вдали показалась фигура. Высокая, статная, с той самой ледяной ухмылкой, от которой у меня по коже мурашки бегали. Аластор.

И… произошло нечто невероятное. Все дети, игравшие на лужайке, сорвались с места и с восторженными криками:

— Дядя Алик пришел! — понеслись к нему.

Марианна

Лицо верховного инквизитора короля преобразилось и озарилось искренней улыбкой. Каждого ребенка он знал по имени и с каждым поздоровался — с кем-то за руку, кого-то обнял, кого-то потрепал по волосам.

Он вел себя так, словно для него это была самая естественная среда. Словно он каждый день не злых ведьм убивал и боролся с монстрами, а был доброй Мэри Поппинс для этих детей.

Я сидела на траве и любовалась этой картиной ровно до того момента, пока Аластор не подошел ко мне и не опустился рядом.

Его нахождение так близко вызвало внутри целый шквал неопределенных эмоций, от напряжения до жгучего любопытства. Я с трудом оторвала взгляд от играющих детей и посмотрела на него.

Лицо его было спокойным, даже умиротворенным. Словно он не верховный инквизитор, способный на жестокость и безжалостность, а обычный человек, любующийся закатом.

— Ты удивлена, — констатировал Аластор, скорее утверждая, чем спрашивая.

Голос его был низким, бархатистым, но в нем я все еще чувствовала ту самую внутреннюю силу, которая заставляла меня трепетать.

Я молча кивнула.

— Я думала, что ты… другой, — пробормотала я, не в силах подобрать более точные слова.

Он усмехнулся.

— Другой? В каком смысле? — в его глазах мелькнул какой-то озорной блеск, словно он ждал, что я выдам все свои самые сокровенные мысли.

Я набрала в грудь воздуха и выпалила:

— Злой, жестокий, бесчувственный. Ты же… инквизитор.

Дракмор вздохнул, его взгляд снова стал серьезным.

— Да, это часть моей работы, — признал мой почти бывший муж. — Но это не определяет меня как личность.

— Тогда кто ты? — спросила я, не отводя от него взгляда.

Вопрос вырвался непроизвольно, словно сам собой. Но мне действительно было важно это знать.

Дракмор помолчал, словно подбирая слова.

— Я тот, кто защищает людей от тьмы, — наконец ответил он. — Иногда это требует жестокости. Но это не значит, что я не могу быть добрым.

— А почему… — хотела задать следующий вопрос я, но Аластор перебил меня.

— Теперь моя очередь задавать вопросы, — он развернулся ко мне всем корпусом и скрестив ноги перед собой, внимательно посмотрел мне в глаза. — Я хочу знать, кто ты? И что случилось с Марианной?

Я замерла от такой резкой смены темы разговора и по взгляду Аластора поняла, что как будто он уже все знает, просто дает мне шанс признаться самой. И пытаться выкручиваться нет смысла.