Книга Я бегу по снегу босиком дальше, страница 52 – Нани Кроноцкая

Раздалась трель звонка инофона в руках Маргариты. Звонок приняла, молча выслушала, отключилась.

Ольга протянула ей чашку.

Марго тихо вздохнула, задумчиво отхлебнув.

— Мне пора. Машина уже стоит у дома, меня ждут, Агатов бьет гномьим копытом и грозится клистиром.

Молча двинулась к выходу, провожаемая внимательными взглядами остающихся.

— Марусенька, я провожу, — сделав один шаг в сторону, Лад заслонил своей фундаментальной фигурой ей выход.

— Нет. Хотя… — Маргарита достала из бокового кармана кителя связку ключей и протянула ее дракону, — возьми, разберешься. Прощай.

Лад поймал ее пальцы, на лету поцеловал их, глядя прямо в завораживающе-глубокие глаза, и, зажав ключи в кулаке, отпустил. Косатка выскользнула из дома, раздался хлопок двери автомобиля, гул могучего двигателя, и все затихло. Уехала. Как будто бы сердца кусок оторвали.

— Нам ведь тоже пора. Оленька, готовность пятиминутная. Пока в Сумерках штиль, я тебя закину порталом, Сашу отправил уже с моим поручением в городской суд. Побежали, моя дорогая.

Сосредоточенный Вурус был стремителен и непререкаем. Было в нем что-то… камчатское. Вовсе не случайно знаменитый этот Инквизитор оказался на месте здешнего хозяина.

Они быстро вышли, оставив в столовой одного лишь печального и задумчивого Ладона, разглядывавшего странный подарок Марго. От каких тайн все эти ключи, что ими заперто, что открыть предстоит?

Все они были разной длины и размера. Один — старинный, кованный, темный от времени, со сложным орнаментом на ушке. Второй, блестящий, стальной, был похож на ключ от сейфа — с бесчисленным количеством вырезов и выступов. Последний — небольшого электронный чип-ключ, такие уже приходилось ему видеть. Три загадки. И что ему теперь с ними делать?

* * *

Клавдий задумчиво смотрел в открытое окно дома на утесе. Сложенный из искусно обтесанного темного камня, этот дом за прошедшие дни стал неожиданно родным для них всех. Уютный и теплый. По словам хозяина, все водяные коммуникации были привязаны к термальным источникам, выходившим прямо под коттеджем. Его согревало дыхание самой матушки Земли. Символично.

Сопки за окном стремительно покрывались золотым отливом осени. Еще несколько дней, и зелень останется лишь воспоминанием о молниеносно промелькнувшем камчатском лете. Сезоне туманном, холодном, наполненном гулом мошки и комаров.

Камчатская осень — время штормов. Ураганы и бури, проливные дожди, взбитые шквалистым ветром до состояния пенистого коктейля. Лимонные блики березовых листьев и свинцовое небо. Сытый сезон, урожайный. Кажется, эта земля спешит обильно и быстро накормить своих жителей перед долгой и снежной зимой.

Бескрайние просторы горной тундры, залитые ягодой, шляпки огромных грибов, стоящие как на грядках, реки, забитые под завязку идущей на нерест красной рыбой.

Щедрая и суровая красавица — шальная Камчатка.

Его раздумья прервал едва слышный шелест. Порыв ветра, и на гладкий каменный подоконник приземлилась огромная белая птица. Заскользила по полированному камню, задергала крыльями. Несколько растерявшись, Клавдий едва успел подхватить это чудо пернатое.

Громко чертыхаясь на птичьем своем языке, стремительно тяжелея, она вывернулась из его рук, неловко отпрянула, задев локтем челюсть пытавшегося не дать ей вывалиться из окна Клавдия, каким-то чудом уцепилась за его могучее плечо и замерла.