Книга Аврора. Заря сгорает дотла, страница 40 – Кейт Андерсенн

— Да, а здесь мы переходим к моей маленькой просьбе.

— Просьбе, значит.

— Всего лишь продавать презепе и еще кое-что по мелочи, ничего особенного. Это культура, Ро! Всем она нужна, все ее любят. Но, как заметил Фаррел, я не слишком люблю корабли, а надежный представитель в Вестланде мне нужен.

— Прямо такой надежный?

— Это уж мне судить, Ро. Если даже Фаррел тебе доверяет… Значит, по рукам?

Кастеллет приложил далекозор к глазу и посмотрел на звезды. Издал расстроенный возглас, заглянул внутрь.

— Он… разбит?! Это ведь непоправимо!

Ро отняла трубу. К ее удивлению, Кастеллет отпустил, и лицо у него было какое-то опустошенное.

— Не так уж и непоправимо.

— О! Ты знаешь, как восстановить разбитую линзу?!

Ро прикусила язык. Сболтнула! То, чего Кастеллету уж точно знать не нужно!

— Может, и знаю. Но не скажу. А тебе откуда известно, что обычная линза не подойдет, Кастеллет?

— Я уже просил… Чарльз.

— Не уходи от ответа!

— Фаррел сказал.

— Не ври! Фаррел не верит в легенды!

— Ро, ты хочешь избежать его гнева?

Аврора вздохнула. Конечно, хочет. Не передать, как сильно.

— Я справлюсь и без твоей помощи, Чарльз. «Искатель» отвезет меня не хуже «Звезды». Далекозор обеспечит поддержку королевы.

— А потом? Чем ты станешь заниматься? Как жить?

— Тебя это разве касается?

— Ро… ты любишь оперу?

— Что, прости?..

От такой смены темы у Авроры замельтешило перед глазами даже.

— Когда я все-таки приеду в Вестланд — пойдешь со мной в оперу?

— А… там есть опера?

— Конечно. Вестланд — королевство с высоким уровнем культуры. Я бы рассказал тебе об истории и Вестланда, и Буканбурга, и пригласил бы остаться на праздник королевы Мерче, но… время работает против нас. Пойдем, я быстренько сведу тебя на «Звезду», пока нас не нашли неподходящие люди. Допивай чай — бегом-бегом… и пойдем.

Аврора отлично понимала, что ее используют. Впрочем, ее использовал и Фаррел. И Кастеллет. И на данный момент она ничего не может им противопоставить — они сильны, у них связи. А у нее нет. Все, что у нее есть — это вот эта крыша, на которой, оказывается, ее так просто найти.

Она поперхнулась чаем, когда обнаружила, что Кастеллет, как ни в чем ни бывало, вытаскивает бумаги из ее сумки «Читать в воскресенье — законно» и поджигает в пламени открытого фонаря.

— Ты что! — метнулась она помешать не то эрлу, не то бродяге, не то Чарльзу.

Он отодвинул запылавшую карту с пометками, а затем высыпал остальные конверты и записки сверху.

— Спокойно, Ро. А то разметаешь их с крыши, а это хуже. Тебе ни к чему таскать с собой мятежные бумаги — в отсутствие Фаррела это опасно.

— Это… все, что осталось от Странника!

— Думаю, Странник тоже остался, — серьезно возразил Кастеллет, а потом совершенно не в тему подмигнул. — Зачем он тебе? Хранить такое — все равно, что признаться в сговоре с ним.

Пламя разошлось и охватило всю бумагу. Стало светло и приятно тепло. Пепел оседал на крыше и взмывал кверху вместе с быстро потухающими искрами.

— Фаррел просил их беречь! Теперь он точно меня укокошит!

— Кажется, мы уже нашли решение, как унять Фаррела. Против императрицы он не пойдет. А императрица — против просьбы дуче.

— Ну да! А я буду плясать под твою дудку!

— Можешь не плясать. Я дудеть, кстати, не собираюсь.

Кастеллет с видимым наслаждением глядел в бумажный костер.