Книга Лекарь для Дракона или (не)вернуть генералу власть, страница 65 – Ольга Ваниль

— Хочу видеть тебя без повязки, — прошептал он. — В последний раз.

— Прекрати говорить глупости, — я нахмурилась, продолжая толочь. — Драматизм тебе не идёт.

Каэль улыбнулся — натужно, через силу, но улыбнулся — и что-то в моей груди болезненно сжалось.

Мазь я готовила долго.

Солнце медленно ползло к горизонту, окрашивая небо в розовые и золотые тона, а потом и вовсе скрылось за деревьями, погрузив нас в сумерки.

Темнота подступала со всех сторон, обволакивая лес чернильным покрывалом, но я не боялась.

Странно.

Раньше я боялась темноты — ещё в той, прошлой жизни, когда была обычной женщиной с обычными страхами.

А сейчас — нет.

Может, потому что рядом был он?

Даже раненый, даже умирающий, Каэль излучал такую силу, такую несгибаемую волю к жизни, что страх просто не мог существовать рядом с ним.

Наконец я поднесла ступку к носу и вдохнула.

Резкий запах ударил в ноздри — горький, терпкий, с нотками чего-то сладковатого.

Идеально.

Именно так должна пахнуть правильная мазь.

Я радостно улыбнулась и повернулась к Каэлю.

Его глаза были закрыты, грудь тяжело вздымалась и болезненно опадала, словно каждый вдох давался ему с невероятным трудом. Силы почти покинули его тело. Я набрала полную ладонь густой мази — она была тёплой, почти горячей, словно живой — и осторожно нанесла на рану.

Каэль дёрнулся, зашипел сквозь стиснутые зубы, но я не остановилась.

Размазала мазь по всей длине разреза, вдавливая её в края, заполняя каждую трещинку, каждый разрыв.

Потом сняла повязку с его плеча — там тоже была рана, воспалённая, гноящаяся — и обработала её.

Затем руку.

Затем старые раны на груди, которые так и не зажили до конца.

Теперь оставалось только ждать.

Я легла рядом с ним на холодную землю, прижалась к его боку — осторожно, чтобы не задеть раны — и обняла, положив голову ему на плечо.

Пламя снова разлилось внутри меня — тёплое, мягкое, успокаивающее.

Я не стала анализировать свои чувства, не стала задавать себе вопросы о том, что это значит и куда это нас приведёт. Усталость взяла своё. И я провалилась в сон, слушая, как бьётся его сердце — медленно, но упрямо, отказываясь сдаваться.

* * *

— Ната, проснись!

Голос Каэля вырвал меня из глубокого, беспробудного сна, и я подскочила, хватаясь за меч.

Орки!

Они нашли нас!

Они...

Но, осмотревшись, я не увидела никого, кроме него.

Никаких орков.

Никакой опасности.

Только утренний лес, залитый золотым светом, и пение птиц в кронах деревьев.

И Каэль.

Стоящий передо мной. На своих двоих. Без повязки на глазах. Без ран на теле.

Я моргнула, не веря собственным глазам.

Вчера он умирал — я видела это, я чувствовала, как жизнь утекает из него вместе с голубой кровью. А сейчас он стоял передо мной, здоровый и полный сил, словно вчерашний день был просто дурным сном.

— Получилось! — я вскочила на ноги, и радость захлестнула меня с головой. — Каэль, получилось! Мазь сработала!

— Да, — он улыбнулся, и в этой улыбке было столько тепла, столько благодарности. — Ты сумела. Даже шрамов не осталось.

Шрамов не осталось.

А жаль.

Шрамы были бы ему к лицу — ещё один штрих к образу сурового воина, прошедшего через ад и вернувшегося обратно.

Я осмотрела его снова — теперь уже без страха, без паники, без мыслей о смерти — и наконец увидела то, что раньше не замечала.