Книга Ева особого назначения, страница 41 – Майя Грин

— Тебе не кажется, что мы создали монстра?

— Какого ещё монстра?

— Этот взвод. Они стали слишком умными. Скоро начнут нас критиковать.

— Пусть пробуют, — парировала я. — Дай им повод, и я лично покажу, кто здесь главный по критике.

Он рассмеялся.

У своих дверей мы на мгновение задержались. Неловкая пауза, которая всегда возникала на пороге. Ещё полшага — и каждый в своей каменной келье, но эти полшага всегда давались с трудом.

— Спокойной ночи, Ева, — сказал он тихо.

— Спокойной, Алексей.

Я уже повернулась к своей двери, но он снова остановил меня:

— Не хочешь размяться после ужина? В зале никого.

Я обернулась. Он стоял, засунув руки в карманы, с таким деланно-небрежным видом, что стало понятно — предложение выстрадано и для него важно.

— Боишься, что без ежедневной порции магии я закисну?

— Боюсь, что без ежедневной порции твоих критических замечаний закисну я, — парировал он.

Уголок моих губ дрогнул.

— Ладно. Десять минут.

* * *

Ева.

Тренировочный зал был пуст и освещён лишь дежурным магическими светильниками, отбрасывающими длинные тени. Пахло деревом, потом и озоном. Мы стояли друг напротив друга на прорезиненных матах. Кители лежали на лавке, скинутые за ненужностью. Мы остались в футболках и камуфляжных штанах. Фигура у моего мужа, кстати, хорошая. Его можно было бы назвать качком, но теперь, когда я его узнала чуть получше, видела, что его мышцы это арсенал боевого мага, пусть и бывшего, а не показуха светского франта.

— Правила? — спросила, разминая шею.

— Без магии. Только тело. И... — он сделал паузу и проказливо улыбнулся, — без поддавков.

Первый обмен ударами был пробным. Быстрый джеб с его стороны — я уклонилась. Моя попытка захвата — его отход. Мы двигались по кругу, как два хищника, изучающие друг друга. Это было не противостояние, а диалог. Танец, в котором каждый шаг что-то говорил.

— Неплохо, — проворчал он, блокируя мой удар локтем. — Для сержанта.

— Ужасно, — ответила я, уходя от его захвата. — Для мастера твоего уровня.

Мы ускорились. Его стиль был жёстким, прямолинейным, отточенным в настоящих боях. Мой — более гибким, с акцентом на контроль и использование инерции противника. Меня учили так, ведь стоит учитывать разницу в габаритах. Я не могу победить в поединке с мужчиной силой, поэтому нужно использовать свои сильные стороны.

Он пытался проломить мою защиту силой, я — обмануть его скорость и хитростью.

В один момент Алексею удалось поймать меня на ошибке. Его рука устремилась к моему горлу в захвате, который должен был закончить спарринг, но вместо того чтобы уворачиваться, я пошла вперёд, в его зону, и, используя его же импульс, провернула бросок через бедро.

Мы оба рухнули на маты. Он — сверху, я — снизу, его рука всё ещё у моей шеи, но моё колено уже упиралось ему в солнечное сплетение. Мы замерли, тяжело дыша. Пот стекал по моему виску. Его дыхание обжигало щёку.

— Ничья, — прошептал он, и его глаза, тёмные и сосредоточенные, смотрели на меня с уважением. От его взгляда у меня перехватило дыхание сильнее, чем от его захвата.

— Ничья, — согласилась я. Моё сердце бешено колотилось.

Батин медленно, будто нехотя, ослабил хватку и поднялся, протягивая мне руку. Я приняла её, и он легко поднял меня на ноги. Его ладонь была широкой и шершавой. Мы стояли так несколько секунд, не отпуская руки, пока он не откашлялся и не отступил на шаг.