Книга Фальшивая невеста, или истинная для двоих, страница 22 – Ани Марика

— Ты почему не спишь? — ворчит старик, заглядывая ко мне. — Я же тебя отправил отдыхать.

— Простите, — поднимаю голову и разминаю шею.

— Отнеси обед хозяину, — бурчит, недовольно качая головой. — Сама поешь и приберись на кухне.

Кивнув, спешно поправляю ворот новенькой рубашки и бегу вслед за дворецким. Мужчина указывает на поднос. С усилием подхватываю тяжёлую конструкцию и медленно иду в сторону кабинета.

Замешкавшись, оглядываюсь, куда бы поставить поднос, чтоб дверь открыть. Но дверь сама резко распахивается и выходящий некромант просто бьётся об меня. Горячая похлёбка выливается прямо на грудь. Многочисленные тарелки со звоном разлетаются.

— Какого беса ты тут встала? — рявкает некромант, успев схватить кувшин с напитком. Хоть что-то не полетело в меня.

От ожогового шока я лишь хватаю ртом воздух и таращусь на налетевшего на меня мужчину. И вымолвить ничего не могу. Только дрожу, продолжая держать слегка опустевший поднос.

Сморгнув слёзы, опускаю взгляд вниз. Таращусь на масляно-овощное пятно на груди. И так обидно становится не потому, что больно, не потому, что шрам останется, а именно потому, что я всё утро потратила, чтобы пошить эту рубашку.

— Про-стите, — всхлипнув, лепечу. — Обед вам несла.

Ещё раз всхлипнув, разворачиваюсь и убегаю.

— Как там тебя…

Не слушаю, забегаю в ванную и срываю рубашку. Естественно, майка тоже испачкалась. Благо бюстик цел. Раздевшись, комкаю майку и, смочив холодной водой, прижимаю к груди.

— Алиса, — некромант так внезапно заходит. Вздрогнув, замираю. Прячу мокрой майкой татуировку на ключице.

— Я сейчас выйду, господин, — шепчу, надеясь, что он уйдёт.

— Сильно обожглась? — спрашивает, нависая за спиной.

— Нет.

— Мазь от ожогов, — говорит он и нечто твёрдое кладёт на край раковины.

— Спасибо.

Продолжаю стоять в ожидании чего-то. Но больше ничего не происходит. Робко оборачиваюсь. Мужчины уже нет. Так тихо вышел. Даже не уловила этого.

Застирываю грязные вещи, флакон с мазью рассматриваю. Нюхаю, пахнет ментолом. Мажу грудь и, облачившись временно в старую одежду, выхожу.

Иду обратно на кухню. Барроуз встречает меня ворчанием о криворукости.

— Сейчас отнесу новый поднос и приберусь, — лепечу, не поднимая головы.

— Не надо, хозяин всё убрал и от обеда отказался. Накормила уже, — брюзжит старик. — Иди выспись. До завтрашнего утра чтоб никуда не выходила больше. И в истории никакие не влипала!

— Хорошо, только лошадь проведаю.

— Спит твоя лошадь, я её накормил и напоил. Брысь в комнату.

Послушно убегаю. Закрываюсь и падаю на жёсткую койку. Смотрю в стрельчатое окно на небо. Чувствую себя ужасно несчастной и одинокой. Вспоминаю предательство Мелиссы. Так тошно становится.

Я ведь из лучших побуждений помогла ей. Да, попросила взамен деньги и документы, но первый порыв был из самых добрых помыслов. Сохранить жизнь этой девушки и её возлюбленного. Я же её подругой своей считала. За что она так со мной?

Слёзы отбирают остатки сил, и я проваливаюсь в крепкий сон. Снится мне тот дракон. Жених Мелиссы. Или уже мой муж? Даже не знаю, кто он теперь. Он выходит ко мне из пламени и целует меня слишком порочно, жарко. Сжигает в своём огне и чувственных ласках.

Глубокой ночью просыпаюсь с тихим вскриком. Прижимаю ладонь к груди и морщусь от неприятного покалывания. Сердце неистово бьётся, пот струится по лбу. Я вся возбуждена и горю.