Книга Долгий путь домой, страница 19 – Елена Алфеева

— А зачем мне с ним знакомится?

— Он развелся и сейчас свободен. Папа считает, что он подходящая пара для тебя. Нам следовало раньше заняться устройством твоей жизни. Мы упустили этот момент. Ну, ничего, Сергей неплохой вариант. Перспективный, хваткий. Жаль, конечно, что разведённый, но что ты хотела? Возраст у тебя уже поджимает, тут и разведённых не сыщешь уже!

— Мама,- мне с трудом удалось вклиниться в поток её рассуждений,- я не приду к вам в воскресенье. Во-первых, я уезжаю в экспедицию. Во-вторых, Артём сделал мне предложение выйти за него, и я дала согласие.

— Боже, ну в кого ты такая?- мама задала риторический вопрос трагическим тоном.

-Ка-ка-я?- спросила я, разделяя слово по слогам.

— По-верх-ност-ная,- в тон мне ответила мама.

Вот и весь разговор. Мама сбросила соединение, не прощаясь. Как я раньше не замечала, что всегда жила только по их указке или с их одобрения? И сейчас, когда в тридцать четыре года, я выразила своё мнение и желания, они не принимают это всерьёз.

Выезжали в субботу, чтобы не терять ни одного дня. У нашего клуба было четыре четырёхместных УАЗа Патриота с кузовом, две Нивы, большой грузовик Урал и вездеход на колесном ходу.

По окончании собрания все мужчины отправились грузить продовольствие и снаряжение. Так, что с утра не надо было тратить время на погрузку и мы могли сразу выезжать.

Палыч и Хормейстер, как всегда, поехали на Урале. При всей своей интеллигентности и музыкальности Малыкин был прекрасным водителем Урала и механиком по совместительству. Бессменным водителем вездехода был Витёк.

Мы с Артёмом должны были ехать на УАЗике вместе Игорем Красновым кандидатом наук с исторического факультета. В последний момент к нам присоединился Юрий Валерьевич, чудом вырвавшись из цепких лапок Виталины Геннадьевны, на сей раз вещавшей об общении с космосом и высших кураторах.

Игорь Краснов был образцом всего самого лучшего в человечестве. Он был очень умён, очень красив, очень целеустремлён, очень воспитан и много еще чего. Когда я разговаривала с ним, мне казалось, что мне в рот затолкали ложку сахарного песка, и я его жевала. Очень сладко. Всю дорогу он выпытывал у Артёма, какой, по его мнению, клад зарыт в пещере. В конце концов, Артёма, порядком издерганный за несколько дней однообразными вопросами, сказал:

— Там, конечно, не Супрутское городище, но не переживай, на диссертацию накопаешь.

Такой ответ, видимо, понравился Краснову. И до конца пути мы доехали более-менее спокойно.

Мало кто знает, но одним из мест с наибольшей концентрацией пещер в мире, являются Уральские горы. Древнейшие породы Урала – кристаллические сланцы и кварциты. Они слагают его водораздельный хребет. К востоку и западу от хребта находятся смятые в складки осадочные породы: глины, пески, гипсы, известняки. Осадочные породы легко вымываются, и в эпоху таяния ледника образовалось много пещер. Вот к одной из таких пещер мы держали путь. Подъехать прямо к пещере не получилось. Лагерь разбили в трехстах метрах ниже по склону. Вход в пещеру выглядел как колодец глубиной метров тридцать и диаметром от двух до трёх метров на различной высоте. Заглядывать в эту яму было жутко. Словно смотришь в преисподнюю.

На этот раз в нашей команде были и спелеологи Миша, Кирилл и Августа, ехавшие в колонне на своей машине. Они с видом бывалых знатоков заявили, что сначала в пещеру полезут они, а после их разрешения полезем мы. Ни кто и не спорил.