Книга Дублер, страница 110 – Анна Кейв

— Приготовить чай или кофе? – любезно предложила Бану, склонившись над парнем.

— Не мешай! – гаркнул Царевич, заставив девушку обиженно отстраниться. – Эта коза пытается удалить все мои данные и вывести комп из строя!

Дёрнув оскорблённую сестру за рукав и усадив рядом с собой на диване, Нурия обняла её и с утешением шепнула:

— Он кричит не на тебя, а на эту… Нонну.

Бану горько усмехнулась:

— Можешь не сдерживаться в выражениях, я уже сама хочу её обматерить. – Она откинулась на спинку дивана и устало потёрла переносицу. – В голове не укладывается… Всё это время Рената была жива, а мы, зная всю правду, не можем выдать её полиции и освободить Гошу!

— Оставим это на крайний случай. Мы в любом случае вытащим Гошу. Но хотелось бы обойтись без лишних жертв. Это не наша тайна, не нам её и выдавать.

— Но ведь Рената, получается, и есть преступница! – не сдавалась сестра.

— Мы не вправе её осуждать… – неуверенно протянула Нурия и добавила окрепшим голосом: – Настоящая преступница здесь только Нонна. Не знаю, какие цели она преследует, может, ей просто по приколу наводить такую… смуту.

— Или она сама на голову больная, – предположила Бану и подтянула к себе смартфон со списком собеседников Ренаты Кизнер, среди которых была и ♥me nona♥. Презрительно скривившись, она подметила: – Не такая уж она и умная. Даже не смогла правильно написать своё имя. Ми нона, – с издёвкой передразнила она ник.

— Как ты сказала? – нахмурилась Нурия.

Бану повторила:

— Эта психичка-хакерша неправильно написала своё имя.

В памяти Нуры всплыли их с сестрой детские годы, когда родители не поощряли их воодушевление Днём святого Валентина. Они постоянно приговаривали, что своих родных и близких правильно любить и уважать не один день в году, а всю жизнь, как и оказывать знаки внимания. Бану вечно бурчала, что родители ничего не понимают, и украдкой тратила карманные деньги на валентинки. Чтобы до родителей не дошло, чем они занимались, сёстры не подписывали открытки своими именами.

Сердечки на нике Нонны и то, как Бану вслух произнесла его, напомнило Нуре не только о Дне всех влюблённых, но и навело на интересную мысль. Её губы дрогнули в нервной улыбке:

— Ты помнишь, как мы подписывали валентинки в детстве?

Двоюродная сестра нахмурилась:

— Это-то тут при чём?

— Помнишь или нет? – нетерпеливо потребовала ответа Нура.

Бану пожала плечами:

— Ну помню. Я всегда оставляла подпись «Аноним», а потом заметила, как ты витиевато выводишь какую-то «Минону» и… – девушка осеклась, понимая, к чему клонила сестра. – …и я спросила, кто такая Минона, а ты ответила…

— «Аноним» наоборот, – вместе с ней закончила Нурия и подчеркнула: – ♥me nona♥ – это и есть аноним, а никакая не Нонна.

Сестры вздрогнули от резкого вскрика Царевича:

— Есть! – он с торжествующим видом развернулся на кресле к девушкам, широко улыбаясь и закинув руки за голову с напрочь растрёпанными волосами: – Я сделал её! Сделал! Вот су… шка дырявая.

Переглянувшись, сёстры сдавленно хрюкнули. Бану выпрямила спину и голосом, полным воодушевления, полюбопытствовала:

— Ну что? Чем закончился ваш КВАкерский поединок? Узнал что-нибудь полезное?

Парень вымученно выдохнул:

— Узнал. А главное, понял, почему у этой Нонны так прокачан скилл. Она не человек.