Книга Закусочная «Тыквенный фонарь», страница 6 – Анна Кейв

Или того, что от нее осталось.

В обед закусочная вновь наполнялась гостями. Из-за полной посадки и длинной очереди Аманда еще два года назад предложила бабушке ввести акцию – скидка пятнадцать процентов на бизнес-ланч навынос. Так, у них получилось справиться с толпой гостей, но запара на кухне и в зале только усилилась. Тогда-то бабушке и пришла идея нанять сотрудников для помощи.

У них, конечно, и без того были рабочие, но они занимались садом и теплицами. Если бы на плечи бабушки и Аманды лег еще и уход за тыквами, то они бы совсем перестали спать. А вот закусочная всегда была семейным делом. Бабушка не любила привлекать посторонних, только если то был не электрик или сантехник. Но поток гостей увеличивался с каждым годом, бабушка не молодела, а Аманда с понедельника по пятницу была занята в школе до трех дня, а в некоторые дни возвращалась только к вечернему чаю из-за дополнительных занятий. Как-то она пыталась отказаться от них, но бабушка ей запретила, сказав, что учеба – важнее.

Бабушка хоть и признавала, что им необходимы сотрудники, никак не могла собраться с духом, чтобы повесить объявление. «Тыквенный фонарь» был для нее делом всей ее жизни. Она относилась к закусочной с таким же трепетом, как мать с собственному дитя.

«Тыквенный фонарь» – единственный ребенок, который остался у Лидии Фелтрам. Закусочная и внучка.

Выход нашелся сам собой.

Николь, которая тогда только поступила в колледж, по обыкновению зашла утром на завтрак. Она неизменно взяла яичницу-болтунью с помидорами, тост с мармайтом и кофе. Николь утверждала, что постоянство в завтраке – залог успешного дня. Перед уходом она попросила Аманду завернуть с собой несколько тыквенных кексов и кусок мясного пирога.

— Чтобы не толпиться здесь во время обеда, – пояснила она. – Поем в колледже.

Аманда понимающе улыбнулась, складывая в бумажный пакет свежие кексы:

— У нас каждый день ажиотаж. Пока у меня каникулы, еще как-то справляемся.

— А что вы будете делать потом? – обеспокоенно спросила Николь.

— Даже не представляю, – выдохнула Аманда. Это вопрос волновал ее уже не один день. – Тебе пирог с индейкой или свининой?

— С индюшкой, – кивнула Николь и задумалась: – Это же диетическое мясо? А, неважно, кому нужны эти диеты, – легкомысленно махнула рукой, отгоняя глупую мысль и предложила: – Поговори с бабушкой, не нужен ли вам сотрудник на подработку? Я могу приходить после колледжа и по выходным. А еще нам говорили, что работа в подобном месте – закусочной, пекарне, ресторане, неважно – может заменить практические занятия. Если твоя бабушка договорится, то меня будут отпускать с них в закусочную и зачтут за практику.

Уже со следующего дня Николь приступила к стажировке – училась готовить позиции из меню за исключением тех, чьи рецепты бабушка считала семейным достоянием, разбиралась с работой кассы и запоминала предпочтения постоянных клиентов, хотя таковыми были почти все гости.

Николь все схватывала на лету. Ее глаза горели похлеще огня в духовке. А уж когда она за свою короткую стажировку предложила четыре новые начинки для кексов, бабушка совсем растаяла и приняла Николь в закусочную почти как в семью.

Аманда до сих пор удивлялась, сколько энергии и проворности было в этой невысокой и кругленькой, как тыква, девушке. Николь порхала и по кухне, и по залу так, словно за ее спиной были крылья, она дарила улыбку и звонкий смех всем, кто ее окружал. Николь умела слушать и поддерживать любой разговор, и могла с легкостью спросить у гостя, который не заходил уже пару-тройку недель в закусочною: