Книга Усадьба госпожи Ленбрау, страница 66 – Лилия Орланд

Бабура смотрела на меня неодобрительно и громко сопела. Я видела, что она не согласна. Однако хозяйкой здесь была я, и дальше спорить повариха не стала. Отступила.

Но и я тоже уже задумалась. Может, и зря я с ней так? Хотела же контакт наладить.

Я была готова извиниться за свои резкие слова, но вмешалась Иста.

— Барышня, а сумочки-то можно поглядеть? Больно уж любопытно.

К моему удивлению, Бабура тоже отправилась с нами в мастерскую. И там осторожно, двумя руками приподнимала каждую сумочку, осматривала со всех сторон и бережно опускала обратно на стол.

— Какая красота! – восторженно выдохнула Иста.

Я видела, что повариха тоже под впечатлением, но хвалить не спешит. И терпеливо ждала, что она скажет.

Наконец Бабура повернулась ко мне.

— Это колдовство? – спросила она дрогнувшим голосом.

— Конечно, нет! – с обидой в голосе воскликнула я, слегка покривив душой. – Я сделала это своими собственными руками!

Для наглядности вытянула ладони. И Бабура уставилась на них, словно надеясь увидеть следы использования магии. Не заметив ничего подозрительного, она успокоилась. Разгладилась складка меж бровей, и ушло хмурое выражение лица.

— Правда, только руками?

— Правда, – я поспешила развеять последние сомнения. – Иста мне помогала. Без неё было бы сложно управиться.

— Наша барышня – настоящая мастерица, – приосанилась нянька, довольная похвалой.

— Да, это так, – подтвердила Бабура, глядя на меня как-то иначе, по-новому. Словно мне удалось заслужить её уважение.

И я ничуть не раскаивалась в своей маленькой лжи. Там и магии-то были самые крохи, да и пользоваться ею я не умею. Так, цветочкам красоту вернула. И всё. А женщинам станет спокойнее, если они будут думать, что я обхожусь без «богомерзкого колдовства».

Думала, что усну, едва заберусь под одеяло, так устала за день. Но не тут-то было. Сон не шёл.

В голове вновь и вновь прокручивалась встреча с Иданом, все её подробности и мелкие детали.

Сейчас, наедине с собой, в полной темноте, не было смысла скрывать: Идан мне нравится. Но при этом я ясно видела, что он влюблён в Еженику. И это осознание отдавало горечью.

Правильно, что я его прогнала и отказалась от помощи. Не будет мелькать перед глазами, мысли о нём уйдут, и покой вернётся.

Я велела себе спать, но ещё долго ворочалась, переворачивая подушку прохладной стороной. Пока наконец не уплыла в сон, где доктор горячо убеждал меня, что ему нужна не прежняя Еженика, а новая. То есть я.

И это было очень убедительно.

Утром я проспала. Открыла глаза оттого, что лицо щекотал солнечный лучик.

Сколько времени?

Судя по освещению, рассвело часа четыре назад. Почему меня не разбудили?

Я накинула домашнее платье и помчалась умываться. Сегодня же должны начаться полевые работы и покос. Я хотела встретить нанятых Бабурой людей и сказать им напутственное слово, чтобы работали хорошо, не ленились, и тогда получат хорошую премию сверх обещанного.

Однако когда вышла на крыльцо, увидела, что всё уже началось. На кромке поля стояла Бабура и, жестикулируя, объясняла, где и что нужно делать.

Я не поленилась дойти до обрыва, чтобы убедиться, что и луга тоже начали косить. Среди мужчин я узнала фигуры Ерона и Звана. Дедушка мерно и не спеша двигался по своей линии. Зато внук махал косой с двойным усердием, обогнав остальных на два десятка шагов.