Книга Сердце пентаграммы, страница 67 – Нинель Мягкова

Пальцы раздвинули скользкие складочки, вдвинулись, растягивая и наполняя. Я всхлипнула, запрокидывая голову, не в силах видеть неприкрытое наслаждение на лице Кьяртана. Меня запоздало кольнула вина — я ведь правда им пользуюсь. Чем я лучше тех, что используют женщин как батарейки? Сейчас я точно так же собираюсь использовать первого подвернувшегося мужчину.

— Не думай. — приказал оборотень, на секунду оторвавшись от моего живота, и нырнул ниже. Все мысли тут же испарились, следуя приказу. Невозможно думать, когда губы захватывают в плен клитор, а остро-нежный язык принимается ласкать, подергивать его снизу вверх, из стороны в сторону, так что мне осталось лишь стонать и всхлипывать от туго стягивающейся внутри раскалённой пружины удовольствия.

Как назло, Кьяртан не торопился. Кажется, он решил, раз уж ему выпал шанс, использовать его по полной, и вылизывал меня, исследуя складочки и впадины языком, помогая себе пальцами, пока я не содрогнулась, бессильно застонав. Ослепляющее напряжение наконец-то отпустило, оставив меня безвольной и расслабленной.

Когда оборотень успел избавиться от штанов, я не заметила, но в следующее мгновение он навис надо мной, упираясь толстым членом между ног.

Я опомнилась, чувствуя оживший резерв, потянулась наощупь в прорезь на ширме. Пальцы наткнулись на холодную, неживую руку вампира. Та словно нехотя дрогнула, успокаивая меня — он еще жив. Все не зря.

Не могу, впрочем, пожаловаться. Всем бы так страдать и приносить себя в жертву при лечении больных. Если я и могу назваться донором, то готова это делать снова и снова… ну уж нет. Одного раза хватит, одернула я себя. А то недолго и пойти по стопам Сигге, предлагать себя всем подряд, ради кайфа. Может, оно всегда так крышесносно, когда задействована магия, откуда мне знать. Мой опыт ограничивается дроу и оборотнем, и с ними обоими — то есть всеми тремя, не забудем про брата — было просто отлично. Но вполне возможно, что это бушующая в крови магия приправляла ощущения, обостряя чувствительность в разы.

Энергия Кьяртана оказалась похожей на него — горячей, немного терпкой, напоминавшей экзотический фрукт, с кислинкой и сладостью одновременно. Она играла в моем теле, как глинтвейн, опьяняя и будоража. Усилием воли — немалым, учитывая мое амебное состояние — я послала бурлящий поток через руку в сторону вампира.

Пальцы Маури дрогнули, сжимаясь — вот и весь эффект, который я получила.

— Мало! — выдохнула я, чувствуя, как весь резерв без остатка впитывается в пациента. Главное, не проливается мимо, уже хорошо.

— Согласен. — мурлыкнул Кьяртан, пристально глядя вниз, туда, где его член подрагивал в нетерпении, потираясь о мое лоно. Скользкие от слюны и моей смазки складки набухли и стали нестерпимо чувствительны, малейшее прикосновение посылало по всему телу отголоски недавно минувшего оргазма. Я была настолько разгорячена ласками, что оборотню даже не понадобились руки, чтобы попасть по адресу. Его тугая, перевитая венами плоть целенаправленно скользнула внутрь, постепенно скрываясь из виду и распирая меня изнутри. Будь я чуть менее возбуждена, могло бы стать некомфортно — очень уж природа щедро одарила Кьяртана.

Упираясь пятками в койку, я шире развела ноги, подаваясь бедрами вверх. Оборотень, коварно усмехнувшись в ответ на мой манёвр, отодвинулся, полностью выходя из меня, и одним резким движением вбился обратно, вышибая из меня всякое соображение. Заполненное до отказа лоно свело спазмом. Кажется, я готова была кончить снова, прямо сейчас.