Книга Миссия: реабилитировать злодейку! Том 2, страница 69 – Алина Пылаева

Но я лишь смерила мага взглядом. Цена за мою силу была непомерно высока, и я не могла позволить себе трусливо отдать половину. Райлон был бы и этому рад, но мне претило использовать его слабость. В конце концов, должна же была моя сила хоть кому-то принести облегчение.

— Моя сила позволит твоей матери прожить долгую жизнь, но потребует от тебя еще одной жертвы. — все тело сковало напряжением. Слова давались мне с трудом, и, к счастью, Райлон слушал не меняясь в лице. — Я знаю о вас лишь слухи, и не могу понять, сколь много прошу. Но знай, что если бы был иной способ сохранить мой секрет, я бы не стала заходить так далеко.

Он видел мою нерешительность и, шумно выдохнув, сказал:

— Если матушка избавится от участи перерождения монстром, от боли и страха, что преследуют ее больше двадцати лет, все остальное неважно.

— Хорошо, — приосанилась, пытаясь выглядеть уверенной и твердой в своих решениях. — Тогда знай, прямо сейчас дом твоей матери объят пламенем.

Райлон ожидаемо поднялся рывком, отчего стул с громким хлопком ударился об пол. Однако гнев вспыхнувший на его лице стремительно угасал под гнетом моего прямого взгляда. Бьёрн махнул пальцами и стул встал на четыре ножки, подсекая Райлона под коленями.

— Сядь. — приказала, и он подчинился. — Твоя мать в безопасности. Об этом позаботились наемники Рене. Но на пепелище обнаружат обугленные останки — тоже их работа.

— А… — Райлон набрал полные легкие воздуха, но я вновь его осадила:

— А младшие торгуют сборами трав на базаре. Их задержат, чтобы ты мог сам их забрать. И утешить.

Наличие в доме Линды восьмилетнего мальчика и двенадцатилетней девочки, которых она приняла как родных детей, спутало нам все карты. Оказалось, на жалованье Райлона все трое могли нормально существовать — Линда растила их с материнской любовью, а малышня помогала по хозяйству, ведь она все чаще проводила дни в постели страдая от боли.

Мы же не могли рисковать. И ставили Райлона перед сухим, четко-выверенным планом. И в нем не было места для сострадания, которое в любой момент могло обнажить все мои уязвимости.

— Его Величество знает о цене твоей верности, и потому был настолько зол. — я и сама не узнавала свой бесцветный голос. — И сделал мне предупреждение. Он будет следить за мной, за тобой и за младшими, которых ты приведешь под мою опеку. Мы должны убедить его в моей циничной жестокости. Пусть думает, что я заманила тебя обещаниями, а получив свое — приказала сжечь дом твоей матери дотла и избавиться от нее, как от помехи. Наверняка императорский двор проведет тайное расследование случившегося и твои брат с сестрой не останутся без внимания. Ты понимаешь, что это значит?

— Я должен сказать им, что несчастный случай забрал ее жизнь, — ровным тоном ответил Райлон.

— Да, — кивнула я, опуская глаза, — но не переусердствуй. Однажды до них дойдут слухи о том, что в этом виновата я. Когда это случится, не будь слишком категоричным. Для верной картины ты и сам должен допускать мысль, что это возможно.

— Тогда что меня держит рядом с вами? — Райлон задал удивительно точный вопрос.

Он не пытался оспорить наш план, лишь понять и войти в эту упряжку.

— Разумеется, твои младшие. — я вновь посмотрела в сосредоточенное лицо. — Со стороны покажется, что они у меня в заложниках, но с неплохими преференциями. Подумай хорошо, за какое будущее для них ты мог бы продаться и, сцепив зубы, остаться подле меня даже после странного пожара.