Книга Попаданка в 1812: Любить и не сдаваться, страница 32 – Лилия Орланд

На сорочку надевался корсет. И вот тут я начала спорить.

— Мне это не надо. Я и так стройная.

Даже, скорее, худая. В последние дни редко появлялась возможность нормально поесть. Зато испытаний и стрессов жизнь подкидывала с избытком.

— Кати, это не для стройности, а чтобы силуэт был правильный, – подала голос малявка.

— Он мягонький, потрогайте, – предложила Вася, протягивая корсет. – Вот матушка ваша жёсткий носила и длиннее на ладонь. И то не жаловалась.

— Откуда ты знаешь, что не жаловалась? – хмыкнула я, глядя на восемнадцатилетнюю горничную.

— Мне бабушка сказывала, – не смутилась она.

— Ну раз бабушка, давай свой корсет, – я вздохнула.

Василиса говорила правду, он был коротким и не таким жёстким, как я ожидала. Зато, когда затянулись шнурки, красиво приподнял грудь, визуально делая её больше. Это решило вопрос. Ради красоты можно и потерпеть немного.

Я ведь привыкла к обычным платьям, которые носили простые женщины, одевающиеся самостоятельно и не заморачивающиеся ненужными деталями в туалете.

На корсет надевалась верхняя сорочка. Потом нижнее платье, а на него уже – верхнее. Я чувствовала себя капустой, но так стало теплее.

Когда наконец с этими бесконечными одёжками было покончено, горничная поправила рукава-фонарики и окинула меня довольным взглядом.

— Красота! – подтвердила малявка.

— Спасибо, Вася, иди, теперь помоги Маше.

— А волосы? – она уже взяла гребень и теперь растерянно держала его в руках.

— Я сама уложу.

— Ты не сможешь! – заявила Машка.

— Спорим? – я была абсолютно уверена в успехе. В конце концов, я этим каждый день занимаюсь самостоятельно.

К тому же мне не хотелось носить эту дурацкую причёску с мелкими кудряшками у лица, которая была модной в начале девятнадцатого века. Шла она далеко не всем и требовала завивки раскалёнными на огне щипцами – то ещё удовольствие. Если у Васи вдруг дрогнет рука, ожог у меня на коже будет самым настоящим и очень болезненным.

— Идите, одевайтесь, времени уже мало осталось, – я кивнула на часы. И чтобы Вася не сомневалась, добавила: – Я точно справлюсь.

Я действительно не видела проблем, чтобы собрать волосы в узел. Рукава в платье широкие, руки свободны.

Когда девочки ушли, я взяла гребень. Он был из отполированной кости, тяжёлый и прохладный на ощупь, не похожий ни на пластик, ни на дерево.

Я начала расчёсывание как обычно снизу вверх, чтоб не путать волосы. Зубцы проходили легко. Всё шло гладко. И я возрадовалась. Если б мы действительно поспорили, это был бы стопроцентный выигрыш. Даже жаль, что у нас мало времени на сборы. Так бы девочки понаблюдали, как просто мне даётся самостоятельная укладка волос.

Я разделила волосы на прямой пробор, собрала их сзади и начала закручивать, глядя в зеркало. Меня хватило секунд на двадцать. Дальше легко закончилось. Мышцы спины и плеч заныли. Корсет, пусть и облегчённый, и «мягонький», как говорила Вася, не позволял долго держать руки на весу. Они заныли.

Мышцы будто вибрировали, умоляя меня бросить эту затею и ждать возвращения Василисы. Да, девчонки убедятся в своей правоте. Я вот уже убедилась.

Но если одна часть меня собиралась сдаться, другая – упрямо продолжала удерживать волосы и втыкать в них шпильки.

— Всё, – выдохнула я, опуская занемевшие руки.