Книга Попаданка в 1812: Выжить и выстоять, страница 27 – Лилия Орланд

— Барышня, миленькая, прости дуру старую, бес меня попутал! – она обхватила мои ноги с явным намерением поцеловать носки туфель.

Я от испуга отшатнулась и чуть не упала. Маруся смотрела на эту сцену расширенными глазами, готовясь заплакать. Малявка тоже перепугалась экспрессивности пожилой женщины.

— Сама не знаю, что на меня нашло. Будто нашёптывал кто поперечничать вам.

Спиридоновна тянула ко мне руки. И я сделала ещё шаг назад, чтобы она точно не дотянулась.

— Вы так и не ответили, что бы сделала прежняя Катерина Павловна?

Агриппина вздохнула и, будто ныряя в прорубь, призналась:

— Велели б высечь. Десяток плетей, а то и два, чтоб неповадно было.

— Спасибо за ответ, Агриппина Спиридоновна. Я хочу, чтобы вы помнили об этом, когда в следующий раз начнёте мне поперечничать. Память может вернуться в любой момент, и я стану прежней. И буду делать то, что делала прежде. Это понятно?

Спиридоновна покаянно склонила голову. Однако молчала.

— Я не слышу ответа, – произнесла жёстко.

Лучше разобраться с этим раз и навсегда. Пряник я уже пробовала, значит, пора перейти к кнуту. В аллегорическом смысле. Разумеется, пороть я никого не собиралась.

— Да, Катерина Паловна, я вас поняла. Услышала и запомнила на весь век.

Я только надеялась, что «весь век» продлится достаточно долго.

— Ну тогда поднимайтесь, и давайте начнём уже наконец собирать урожай.

Я приподняла подол, собрала в узел и пошла вдоль томатного ряда. Малявка снова схватила меня за край одежды и крепко держалась, всё ещё напуганная выходкой Спиридоновны. Девочка мелко дрожала, не поднимая взгляда.

— Маруся, помогай мне. Без твоей помощи я не справлюсь. У меня только одна рука свободная, а нужно две. Вот смотри, берёшь томат правой ручкой, левой придерживаешь веточку, поворачиваешь и хоп! – я сюсюкала и преувеличенно обрадовалась, когда помидор оказался у меня в руке. Что угодно, лишь бы отвлечь её и переключить.

А Спиридоновну хотелось стукнуть посильнее. Или себя за то, что решила взять её с собой. Ребёнок только-только начал отходить от потрясения. И тут опять.

К счастью, сбор томатов в мой подол увлёк Мари. Она перестала хвататься за меня и использовала обе руки. Я только держала импровизированный мешок, пока не вернулись женщины с корзинами.

В теплице удалось наполнить целую корзину. Томаты, перцы, баклажаны… Я уже чувствовала вкус рагу во рту. Не хватало только моркови и картофеля. Если его тут сажают. Мало ли, после помидоров уже не удивлюсь.

— Спиридоновна, – окликнула я, когда выходили из теплицы. – Картошку мы сажаем?

— Сажаем, – вздохнула она.

— И никто не потравился? – я делано изумилась.

— Никто, барышня, – Агриппина сделалась мрачной и громко пыхтела. Однако больше не стремилась читать лекции о пользе и вреде овощей.

— Тогда идём, выкопаем немного в рагу.

— Врагу? – ахнула Марфа, недопоняв.

— В рагу, – раздельно произнесла я. – Блюдо так называется, я раньше не готовила?

Все трое медленно покачали головами, удивлённо глядя на меня.

— Я вообще готовила? – уточнила.

— А зачем? – искренне удивилась Спиридоновна. – На то кухарка есть.

— Была, – мрачно поправила Прасковья и тяжело вздохнула.

— Да и батюшка ваш поваров столичных на пробу выписывал, то хранцуза, то немца, – добавила Марфа.