Книга Сладкая для инкуба, страница 92 – Лолита Моро

— Рада видеть вас, Ваше высокопреосвященство, присаживайтесь, – я улыбнулась, показала на стул и села сама.

Мессир Мартин ответил на улыбку. Сесть отказался и заговорил о дружбе между людьми вообще и великими людьми в частности. Убил этой темой двадцать минут моей единственной жизни. Я заскучала и привычно переключилась на собственные мысли.

— Вы меня не слушаете, мадам, – ласково укорил меня священник.

— Знаете, мсье, с тех пор как я перестала быть просто женщиной, мое время постоянно тратится на ненужные, бессмысленные разговоры. Извините за прямоту, мессир, – внезапно для себя самой призналась я.

— Хорошо, я готов.

— К чему?

— Перейти на «ты» и дружеский короткий тон без обиняков.

И иерарх протянул мне руку. Я пожала. Он перевернул мою ладонь кверху и поцеловал.

— Ты можешь дать мне честное слово, девочка, что твой ребенок зачат от короля?

Кардинал испытывающе заглянул близко в мое лицо. Я потеряла дар речи. Это называется «без обиняков» ?!

— Вы забываетесь, мсье! – я вырвала руку из холодных жестких пальцев.

— Не сердитесь. Ваше Величество. Просто скажите правду.

Он сверлил меня коричневым взглядом. Дырку хочет просверлить? Я совершенно не понимаю, чего он добивается.

— От кого же еще? Я не понимаю! Я верна своему супругу! Как вы смеете мучить меня ужасными вопросами, – я расплакалась, заторопилась сквозь слезы, – все меня мучают. Убить хотят! Стреляют в меня. А вы! Вы! Вы…

Кардинал взял меня на руки, отнес на диван и уложил в подушки. Всучил свой надушенный платок, стакан воды. Гладил по голове, и по рукам. Я громко хлюпала носом и удивлялась про себя.

— У меня есть нюхательная соль, но я не знаю. можно ли тебе в твоем положении, девочка моя, – мессир говорил негромко. Не уставал греть мои ладони и вытирать слезы.

Я легла на спину и положила руку на лоб. Так обожают делать светские дамы в светских гостиных. Я видела в театре. Надеюсь, получилось красиво.

— Трудно дышать? Я помогу, – тут же нарисовался заботливый мессир Мартин.

И первосвященник аккуратно расстегнул верхние крючки на корсаже моего платья. Я вторично онемела. Только кожа на груди помнила прикосновение едва теплых пальцев. Пока я сочиняла, что сказать или сделать, мужчина проговорил:

— Успокоилась? Вот и прекрасно. А теперь расскажи мне, девочка, кто тебя хочет убить.

Хью

Я растопырил уши. Убить малышку Ми? что за интрига? Кому надо лишать жизни юную королеву? А серорясый уже тут как туг, на коне и вопросы задаёт. Церковник, хоть и заделался кардиналом, вряд ли бросил свои хитрые игры. Ни денег, ни власти много не бывает. Закон.

Ее Величество тихим голосом складно рассказала, как час назад погибла птичка синичка на одной с ней траектории.

— Мне показалось, что это была большая иголка, вроде цыганской, на пролетела на скорости мимо.

— Вот такая? – подал реплику преподобный.

Я высунул нос наружу. Надо поглядеть, что за снаряд такой.

Кардинал присел на краешек оттоманки, подавая на сложенном вчетверо носовом платке небольшую, не длиннее мизинца стальную стрелку. Ми отпрянула и испуганно кивнула. Первосвященник успокаивающе взял ее за локоть.

А он пошляк, этот святоша! Ни одного случая не упустил прикоснуться к Ее Величеству. За ручки ласкал, за корсаж грабли засовывал, за задницу пощупал. Теперь на кровать рядом уселся. С такими темпами он завалит ее к концу встречи. Чувства юмора у меня не хватает на мессира Мартина.