Книга Сладкая для инкуба, страница 40 – Лолита Моро

Мила

Мы шли по улице молча.

Хьюго шел на пару шагов впереди. Руки по локоть в здоровенные карманы камзола засунул, локти растопырил, словно дешевый уличный разводила. Мне приходилось наблюдать таких ухарей в торговых кварталах родного города. Эдакие расфуфыренные хозяева жизни. а на деле мальчики на побегушках у серьезных людей. За Болтом Ламбертом водились такие пацанские штучки. Трудное детство не отпускает? Что произошло?

На третьем перекрестке закончились лавки готового платья. И стали жать с непривычки новые сапоги.

— Мы потащимся на игру пешком? – поинтересовалась я в молчащую битый час спину, – может быть, ты надорвешь себя на пару монет и возьмешь коляску?

Хьюго даже не обернулся. Что его так расстроило?

— Я устала и у меня нога болит, – заявила я.

Села на кучу камней возле мутного водоёма. С другой стороны площади в нем бултыхались дети. И никто за ними не приглядывал. Не пойду дальше!

Мила

— Что случилось? – Хью остановился.

— Ногу натерла. Сапоги хорошие, просто новые, – зачем я оправдываюсь?

— Что ж не вылечишь себя, волшебница? – насмешливо спросил он. Темно-синие глаза в обрамлении густых угольно черных ресниц смотрели непонятно.

— У тебя синие глаза, – невпопад удивилась я. Спохватилась: – я не волшебница. С чего ты взял?

— Вижу, – коротко сказал мой. Кто? Друг, приятель, спутник, напарник?

Мистер Ламберт легко подхватил меня за талию и отправил себе на левое плечо.

— Можешь держаться за хлястик, – великодушно разрешил он.

И двинул широкими размеренными шагами в другом направлении. Чем шел первоначально. Во всяком случае, мне так показалось, а я стала доверять своей интуиции в последнее время. Почему я думала, что у него карие глаза?

— У меня разные глаза, – проговорил Хью, – наблюдательный мой малыш Мики.

Опять слышит мои мысли!

— Я не виноват.

Болт Ламберт ногой толкнул дверь в лавку. Раздался мелодичный звон и истерический крик:

— Убиваююют!

Странный голос. Нечеловеческий. Я попыталась оглядеться. Вися вниз головой, сделать это непросто. Все стены от пола до потолка были уставлены бутылочками, флакончиками и разными самыми непредсказуемыми предметами.

— Убиваюююют! – крик повторился.

— Кто это? – не выдержала я.

Хью снял меня с плеча и усадил на стул. На глаза тут же попалась железная клетка. Внутри перетаптывался ало-зеленый ара. Мы встретились с птицей глазами.

— Убивают, – спокойно заявил попугай.

Болт опустил на прутья большой синий платок.

— Посиди здесь минут десять. Ничего не трогай! – он задел кончик моего носа, когда грозил указательным пальцем. Довольно чувствительно!

И ушел за прилавок вглубь лавки. Везде он как дома.

Хью

Едва я шагнул за тяжелую портьеру, как сразу попал в теплые женские руки. Запах жасмина, кардамона и нильского табака. Шепот в шею и замок из пальцев на заднице.

— Думала, что никогда не дождусь тебя, бродяга! Шалава Мадо не выпускала?

— Давай договоримся, Изз, – я аккуратно, но сильно отцепил от себя красавицу.

— Нет, – тут же отказалась она и прижалась жарким юным телом. Аромат мелких ванильных шоколадок мешался с трубочным дымом в ее волосах.

— Да, – я настаивал и от сладких пухлых губ уклонялся.

— Нет.

— Да!

Мы немножко попрепирались. Я не имею дело с девушками старше ста. Во всяком случае, не добровольно. Стараюсь избегать. Надо отдать должное гадалке и ведьме, иллюзию она создавала великолепно. Если бы не знал наверняка, обманулся бы с удовольствием.