Книга Система для друзей. Том 2, страница 97 – Люцида Аквила

Циян абсолютно потерял счет времени. Ему казалось, что день уже закончился, но Ли Цзиньфэн так и не приходил. Значит ли это, что внутренние часы обманывали или сегодня его действительно решили не тревожить?

Он не знал, что и думать. Мысли путались, кашель не успокаивался, а нос не высыхал. Холод пронзил его, словно вонзенный в тело меч, и Циян крепче обхватил руками колени, изо всех сил пытаясь не потерять контроль над духовной силой, но его упорство лишь усугубляло страдания.

Перед глазами начали всплывать моменты свободы, воспоминания об уютном просторном доме на пике Зелени, прогулки по миру, общение с людьми. Все это теперь казалось таким далеким, отделенным от него каменными тюремными стенами, барьерами и землей. От этого становилось невыносимо тоскливо. После перерождения он никогда не любил внешний мир так, как сейчас. И очень хотел в него вернуться.

«Это все ты виноват, – с досадой подумал Циян, вспомнив о Яньло-ване. – Если бы не ты, я бы никогда здесь не оказался».

Он снова шмыгнул, кашлянул и утер нос, совсем не чувствуя его наверняка раскрасневшийся кончик. Потом уткнулся лбом в колени, прикрыл глаза и просто позволил слизи стекать на одежды – бороться с ней уже не было сил. Содрогаясь от влажного хриплого кашля, он продолжал тратить последние силы на сохранение своей жизни. И так сосредоточился на этом, что даже не заметил внезапно явившегося гостя.

— Ю Циян? – В голосе Ло Хэяна слышалось недоумение, но Циян даже не потрудился посмотреть на него, решив, что ему все мерещится. – Циян, что с тобой? – Раздался неуверенный шаг. – Взгляни на меня.

Ло Хэян присел на корточки, и хотя между ними сохранялось расстояние, тепло его тела достигло Цияна. Тот с трудом поднял голову и увидел перед собой расплывающееся лицо встревоженного демона. Потом протянул дрожащую руку, и Ло Хэян позволил положить испачканную ладонь себе на грудь. Даже сквозь ткани черно-золотистых одежд Циян почувствовал живительное тепло, которое, казалось, должно было обжечь, если прикоснуться к коже напрямую. Кончики его пальцев начало покалывать, сначала слабо, потом все сильнее, и вскоре вся рука Цияна словно была утыкана невидимыми тонкими иглами. Он всхлипнул, не веря, что к нему хоть кто-то пришел.

— Что эти презренные с тобой сделали? – прорычал Ло Хэян сквозь стиснутые зубы, и во тьме его глаз вспыхнуло кровавое пламя. Под ногами начал растекаться алый туман, и духовные барьеры затрещали, словно стекло, готовое вот-вот разбиться. – Я убью их.

— Нет, – хрипло и болезненно произнес Циян, стискивая в кулаке ткань чужих одежд. Как только слово сорвалось с его уст, горло будто разодрали когтями, и он закашлялся сильно и пугающе, но все равно продолжил через боль: – Не трогай… никого… просто… забери меня… забери отсюда… домой. – В его голосе звучала мольба. Черно-золотистая ткань заскрипела в кулаке. – Хочу домой. Сяо Ян… я хочу домой.

Ло Хэян на мгновение застыл, как и его алый туман. Потом наклонился и поднял Цияна на руки столь бережно, словно самую редкую в мире драгоценность. Сердце Цияна сжалось до невыносимой боли, он прислонил голову к горячей груди и услышал громкое биение.

Он лишь один раз моргнул, а когда открыл глаза, они с Ло Хэяном уже очутились в его родной спальне на пике Зелени. Теплый воздух здесь был пропитан ароматом старых сухих бумаг и древесины, а пространство заливал оранжевый солнечный свет.