Книга Система для друзей. Том 2, страница 159 – Люцида Аквила

Циян с трудом успел подхватить мечника, холодного и одеревеневшего, словно он давно уже был мертв. С печальным выражением лица он оттащил тело от двери и бережно уложил на кровать, мысленно произнося молитву за упокой, хотя некого было упокоевать. Душу Ло Хэяна, его личность и суть когда-то пожрал демон, оставив лишь пустую оболочку, при взгляде на которую в сердце Цияна разгорелось чувство вины. По сути, это он не смог спасти Ло Хэяна.

Тяжело вздохнув, Циян отпрянул и повернулся к раскрытой двери, из которой все еще дул ветер. И хотя он видел за ней только дымку, нехорошее предчувствие зародилось само по себе.

Наконец, глотнув снадобье, Циян обнажил меч и поспешил за Яньло-ваном, переместившись из тихой холодной комнаты на просторную белую площадь, залитую теплым алым светом вечернего солнца. По перепонкам тут же ударили крики и лязг мечей, а прямо перед ним десяток небожителей атаковали Сяо Яна, облаченного в черно-красное.

Циян не сразу признал в длинноволосом юноше владыку Диюя. Его черты лица, контур носа и губ, разрез глаз, фигура и ловкие движения, когда он взмахивал мечом, чтобы атаковать – все это принадлежало Сяо Яну, которого он знал. Циян окаменел, не в силах совладать со своими чувствами. Пальцы, сжимающие меч, вспотели и начали слегка подрагивать, а сердце бешено забилось от волнения.

Он видел друга… Лучшего друга, с которым провел все детство, отрочество и юность. Того, кто был ему близок, дорог и незаменим. Он видел знакомое родное лицо с поджатыми губами и нахмуренными бровями – точно такое же, как и прежде, – и не мог признать, что этот человек на самом деле чужой.

Черно-красные одежды трепетали, пока Гуань Ян уворачивался от ударов. Алое лезвие Жиши сверкало на солнце, словно капля крови, упавшая на снег. Небожители яро противостояли ему, а на их прекрасных лицах читалось ледяное презрение. Они кружили, не давая ему ускользнуть и не замечая никого другого, нападали по очереди, чтобы не превратить бой в резню. Каждый их удар был полон духовной силы и порождал звон, треск или энергетическую волну, которая проходила сквозь тело Цияна, заставляя вздрагивать.

Гуань Ян хоть и был окружен, но не показывал слабости или страха, атаковал с неимоверной скоростью и уверенностью, а его темные одежды развевались за ним, словно плащ тьмы. Он отражал атаки, используя собственные силу и ловкость, вращался как вихрь и наносил удары, от которых в стороны разлетались снопы искр. Он словно был рыбой, выброшенной в родное озеро, где все знакомо и изучено, и это пугало не только зрителей, но и противников.

Наверное, именно поэтому, когда другие бессмертные вышли на площадь и увидели, с кем идет бой, никто из них не поспешил присоединиться к битве. Вместо этого они начали в панике перешептываться, наблюдая за наследником Бога Войны.

Один из небожителей с длинными волосами, украшенными золотой заколкой с алым рубином, взмахнул мечом, источающим яркий теплый свет, и обрушил удар на Гуань Яна. Два лезвия столкнулись, породив ветер такой мощности, что он прошелся по площади и даже вынудил Цияна и некоторых зрителей покачнуться. Небожитель отскочил, и вместо него в бой кинулся молодой юноша со светлыми глазами. Подняв руку, он выпустил поток энергии, чтобы сбить Гуань Яна с ног, но демон ударил в ответ, взмахнув наполненным духовной силой мечом, и сам сшиб юношу – да так, что тот отлетел к краю площади и врезался спиной в стену дома, пробив дыру.