Книга Система для друзей. Том 2, страница 124 – Люцида Аквила

— Но при этом он дорог тебе не меньше, чем она? Как же так?

Циян пожал плечами.

— Он очень близок мне по духу, я бы сказал, он – моя родная душа. А еще он ужасно приставучий и своенравный, всегда оставался рядом, даже если я его прогонял.

Ло Хэян насмешливо хмыкнул, словно узнал себя.

— Тебя это не обременяло? – налив еще чая, тихо спросил он. – Его близость.

— Нет. – Циян посмотрел вдаль и слабо улыбнулся, словно что-то вспомнил. – Меня это радовало. Несмотря на все, он был моим другом, и мне с ним всегда было комфортно.

Чайник в руках Ло Хэяна дрогнул, и горячие капли упали на столик.

Внезапно створка ворот открылась, и внутрь заглянула Лошадиная морда, при взгляде на которую брови у Цияна подлетели на лоб.

— Хозяин, глава пика Благородства принес суп для господина Ю, – произнесла лошадь на чистом человеческом, и Циян протер кулаками глаза.

— Впусти. – Ло Хэян лениво махнул рукой, и створка приоткрылась еще больше, впуская Му Шу с горшочком супа в руках, а также позволяя увидеть человеческое тело лошадиной морды, облаченное в доспехи.

Му Шу поспешил к ним.

— Циян!

Циян приветливо помахал ему, а потом метнул взгляд на Ло Хэяна и прошипел:

— Это кто?

— Твой второй лучший друг, – невозмутимо ответил Ло Хэян.

— Я про демона!

— Мамянь. Он охраняет вход. – Ло Хэян взял пиалу, не обращая ни на кого внимания.

Му Шу тем временем взбежал на веранду и, поставив горшочек на столик, кинулся к другу. Его появление оказалось столь неожиданным, что Циян лишь растерянно замер, пытаясь переключиться с серьезного разговора на дружескую встречу.

— Циян!

Словно боясь потерять, Му Шу обнял Цияна так крепко, что у него хрустнули кости. От одежд главы пика Благородства веяло горной прохладой, а от кожи – теплым ароматом сандалового дерева. В его объятиях не ощущалось неловкости или стеснения – только искренняя, простая радость встречи. Му Шу не торопился его отпускать; провел ладонью по спине и прижал еще сильнее к себе, словно хотел впитать в свою кровь, плоть и кости. Циян чуть не пискнул от легкой боли.

Ему было неловко принимать объятия, особенно учитывая, что он не был тем, кому их дарили. Он не был другом, которым Му Шу дорожил с самого детства, с кем пережил этапы взросления и становление бессмертным, – лишь заменой, не способной признаться ему в своей неоригинальности. Сердце Цияна сжалось от обиды за Му Шу, который даже не замечал различий, не понимал, что того, кому на самом деле предназначалась его забота, больше не существовало. Циян не хотел, чтобы друг разделял свои чувства с фальшивкой, но и оттолкнуть тоже не мог… Он был человеком из плоти и крови, в его груди билось сердце, и он тоже умел привязываться. Пускай Му Шу никогда не услышит от него правды, пускай Циян никогда не будет с ним искренен, он постарается заботиться о нем так же, как это делал прошлый Циян. И не оставит его, как Сяо Яна. Не станет ужасным товарищем во второй раз.

Слабо улыбнувшись, Циян все-таки обнял Му Шу в ответ, и мир вокруг них будто бы исчез. Даже легкий ветерок, обычно почти незаметный, стих, уступив место тишине. Словно сама природа позволила им в полной мере прожить момент воссоединения. Му Шу тихо выдохнул, в этом звуке слышались облегчение и радость, словно целый груз забот и переживаний наконец-то свалился с его плеч при виде живого и здорового Цияна.