Книга Ночь девы, страница 38 – Юлия Бабчинская

Левая рука замирает у горлышка сосуда.

Интересно, о чем думает сейчас Призрак? Но за моей спиной неподвижность, как и кругом. Люди застыли и смотрят во все глаза. Я чуть поднимаю подбородок, обводя взглядом каждого.

Мелкие, вспыхнувшие любопытством глазки короля Марека, жесткий взгляд короля Тамура. Принцесса опустила голову, принц Марциан смотрит, не отрываясь, прижав к губам ладошку видии Анжелики. Неужели я хочу показаться ему трусихой?

Бено. Он кажется довольным и даже улыбается. Вряд ли он понимал, что означало для меня право на испытание. Или же наивно полагает, что я пройду его. Каким-то чудом. Или ему просто все равно.

Придерживаю сосуд левой рукой и опускаю правую внутрь. Все-таки правую. Не медленно, а сразу, до самого дна. Небо вдруг темнеет, или же это мои глаза заволокло черной пеленой. Раскат грома убеждает меня, что я еще жива. И я хотела бы выдохнуть, но не могу.

Потому что я чувствую шевеление. Внутри сосуда сидит тот, кто ждал меня. Своего освободителя. Практически мгновенно в руку вцепляются сразу несколько острых челюстей, и яд, должно быть, разливается по моим венам. Хочу отдернуть руку, но не могу. Тварь крепко держит меня, а моя рука – одна непрекращающаяся боль.

Я понимаю, что падаю, только не знаю куда.

Пока не приземляюсь на белый песок.

Кругом снова безликая пустота. Яркий свет плещется по сторонам, а среди него – совсем как зрители возле королевского шатра – застыли тени. Только в их глазах бушует алчный белый огонь.

Я перекатываюсь на спину и понимаю свою ошибку. Тут же рядом с моей щекой в песок вонзается черное жало. Я еле успеваю отскочить в сторону, путаясь в юбках платья. Огромный скорпион с черной лоснящейся спиной возвышается надо мной. Но в сторону его откидывают мохнатые белые лапы. Теперь уже гигантский паук, почти невидимый на фоне пустыни, но отчетливый среди антрацитовых теней, решил сделать меня своей добычей. Он мигает красными глазками, посылая дрожь по моему позвоночнику. Может, было лучше позволить скорпиону прикончить меня за один раз.

«Но ведь это все не взаправду?» – мелькает мысль. Я сплю? Или кувшин странным образом перенес меня в мой кошмар…

Паук переставляет лапки, надвигаясь на меня, взрыхляя песок. Я кашляю, когда он попадает мне в лицо. Все это очень и очень реально.

Где бы я ни была, но если умру – все будет кончено. Почему-то в этом я уверена.

На этот раз мой приступ сильно отличается. Но самое кошмарное другое – тени видят меня. В их глазах искрится недоумение, но битва не прекращается.

Скорпион не отстает. Он пытается напасть на паука, ужалить его. Паук, словно предвидев это, изворачивается и вцепляется хищным ртом как раз в жало, не позволяя скорпиону воспользоваться им.

Для меня это передышка. Вдалеке замечаю два скрученных длинных тела, двигающихся в одном смертельном ритме. Алая змея и многоножка будто слились в единое существо, извиваясь по песку.

Мне даже немного жаль змею. Тело все еще помнит цепкую хватку множества ножек. Они обхватили тело змеи, поймав в чудовищный капкан, обездвижили соперника до тех пор, пока он не перестает биться. Многоножка выпрямляется во весь рост, намного превосходящий мой, победоносно раскачивается из стороны в сторону. Песок вздымается, и я вижу лежащего вместо змеи человека с красными волосами и в алом плаще. Лицо обращено ко мне, змеиные глаза застыли.