Книга Корона рогатого короля, страница 69 – Янка Лось

Эпона отметила, что обиделась за Эдварда. Девицей он был, конечно, нескладной, но совсем не уродливой. Сколько она сама вытерпела насмешек из-за своего роста?

И эти размышления отвлекли ее настолько, что, когда засада выскочила из укрытия, Эдварду уже оторвали рукав, пытаясь оттащить к воде. Принц наконец вырвался и бросился в сторону от приземистого человека в шерстяной безрукавке и белой рубашке с пятнами крови. Распущенные всклокоченные волосы и странная улыбка выдавали в нем того самого безумного похитителя. Совсем не призрачного. Заметив, как его рука уверенно тянется к боевому артефакту, а губы что-то шепчут, Эпона поняла, что они имеют дело с магом. А потом – что маг этот опытен, силен и готов убивать.

Она метнулась к Эдварду, оказалась рядом, и они попробовали повторить тот ритуал, которым изгнали из комнаты Фарлея. Но их противник, не трогаясь с места и явно озадаченный подмогой своей жертве, легко отбил магический удар. А вот его огненная сфера подпалила Эпоне плащ и обожгла Эдварду руку. Да, заряды артефакта должны были закончиться, но, пока это произойдет, любой из них мог быть убит. «Это моя вина», – проскочило в мыслях, но дальше жалеть себя и стыдиться стало некогда.

Безумный маг быстро понял, что попал в ловушку и сейчас будет захвачен. Он принял бой и двумя стремительными ударами заставил отшатнутся остальных юных инквизиторов, окруживших его. Тиарнан и Конайре пробовали отбиться, но никто из них не был ритуалистом, и объединить силы в такой суматохе не получалось. А по одному они не могли создать без заряженного артефакта огненную или лучше водяную сферу достаточной величины. Приходилось самим уворачиваться и пытаться добраться до противника без всякой магии, чтобы сбить с ног ударом или сорвать артефакт с шеи.

Добраться не удавалось. Маг был ловок и быстр, как животное, он предсказывал каждое их движение и уклонялся до того, как на него бросались, отвечая магическим огнем. Единственной годной тактикой оказалась попытка прижать его к реке, так, чтобы некуда было деваться. И надеяться, что он не нырнет в смертельно холодную осеннюю воду. Все-таки он был один, а их четверо. Эпона все яснее понимала, что в плане была логическая дыра, которую никто не заметил. Они искали человека безумного, жестокого, но совсем не подумали о его магических силах. И о том, что никто из них даже посоха инквизиторского, который служил отменным оружием, пока не получил.

Как назло, набережная казалась вымершей. Гуляки разбрелись. Чадивший на ржавой цепи фонарь не выдержал очередного магического удара и сорвался на землю. В темноте, которую нарушали только неясные огни пришвартованных лодок и кораблей, драка стала еще опаснее. Наконец, похожий на загнанную крысу, противник подпустил Конайре и Тиарнана к себе так, что они уже было намерились схватить его. Но это был обманный маневр. Маг присел, ускользая от рук, и хлопнул в ладоши.

Яркая вспышка, шипение, кислый дымный запах. Эпона почувствовала, как летит, а потом ударилась о землю. Голова кружилась, сразу вскочить не удалось. Соратникам, стоявшим ближе к магу, повезло меньше, их отнесло к стене ближайшего дома и ударило о нее. Эдвард тоже упал, но, путаясь в юбках, пытался встать. Похититель бросился к нему и, перехватив поудобнее, снова потащил прочь. Как ни пыталась Эпона подняться, в голове шумело, а мир перед глазами качался. Бежать в таком состоянии было невозможно. От злого отчаяния на глаза навернулись слезы.