Книга Корона рогатого короля, страница 68 – Янка Лось

Тот закатил глаза и приобнял Эдварда:

— Чего только не сделаешь ради друга и его сестры!

Принц попытался по-девичьи хихикнуть. Эпона понимала: обсуждать их в таверне будут до следующего Самайна. Но все ради благой цели.

Они осушили еще по кружке на прощание и на удачу и направились в сторону пристани. Легкий днем ветерок к вечеру стал кусачим, с морозным привкусом ноября. Эдвард зябко кутался в шаль. Эпона завернулась в его плащ едва ли не по уши. Тиарнан набросил на плечи «даме» свою инквизиторскую накидку из черной шерсти – у учеников на ней еще не было герба, так что ничего странного.

Шеллин была своевольной рекой, которую в этой части города одели в камень, что не мешало ей порой выплескиваться на столичные улицы, если городские маги не успевали предсказать и предотвратить наводнение. Квартал, близкий к порту, всегда считали нехорошим. Здесь швартовались мелкие посудины и шлюпки с больших кораблей, которые привозили то, что не приветствовалось законом. Зато лавчонки с товарами из дальних стран и торговцы рыбой процветали и притягивали желавших найти что-нибудь эдакое со всего города.

Эпона вместе с Конайре, старательно пошатываясь, двигались шагах в тридцати от Эдварда и Тирни. Усталость, сидр и вино помогали им выглядеть убедительно. Эпона предпочла молчать, а Конайре завел «Что будем делать с пьяным матросом?». Слуха у него не было, а голос был – точнее, рев, каким стоит останавливать взбесившихся лошадей и отпугивать медведей от деревни.

В сумерках мачты кораблей казались голым после пожара лесом. На набережной было пусто, только покачивались лодки, поскрипывали на ветру, и мелькал серой тенью то один, то другой редкий прохожий из тех, кто не жаждет внимания. Они обошли компанию оборванцев, на вид опасных, проводивших их откровенно оценивающими взглядами.

Эпона и Конайре свернули в проулок, который заканчивался тупиком, и затаились. Кто-то оставил у дверей пять пустых бочек – из-под масла, судя по запаху, – за которыми было удобно прятаться.

Какое-то время они наблюдали за тем, как Эдвард и Тирни бредут по набережной, Эдвард хихикает и машет руками. Потом одна из фигурок отделилась. Проводив «даму», ее спутник направился к друзьям в укрытие. Самый тревожный кусок набережной, который пролегал далеко от чадившего на перекрестке фонаря, Эдвард должен был преодолеть сам. Обычно трепливый Тиарнан прижался к стене за бочками и молчал, готовый в любой момент броситься на преступника.

Принц был так захвачен приключением, что в нем не было ни капли страха или смущения. Оставшись без спутника, он гордо прошествовал по набережной в сторону темноты и громко свистнул вслед паре гуляк, которые разулыбались и помахали «девице» шляпами. И тут сердце Эпоны замерло. К Эдварду приблизился высокий сурового вида мужчина в черном плаще. Его было трудно рассмотреть в потемках, но ширина спины впечатляла. Она чуть было не скомандовала «вперед», но вдруг услышала поток сквернословия, с помощью которого хриплый бас утверждал, что за такую цену можно купить каравеллу. «Дама» фальшивым и возмущенным голоском заявила, что он может жить со своей каравеллой без любви, потому что девушки не любят скупердяев. Обошлось. Несостоявшийся клиент побрел прочь, продолжая бубнить под нос, что страшные девки совсем с ума посходили.