Книга Все люди севера, страница 87 – Ана Тхия

Когда на улице стемнело, Ракель наконец открыла глаза. В комнате было тепло, горел огонь, а ещё пахло чем-то вкусным. Проморгавшись, Ракель наконец заметила Фюна и Эту, сидящих за столом недалеко от неё и шёпотом что-то обсуждавших.

— Скажите, что мне всё приснилось, – простонала девушка, с трудом удерживая глаза открытыми.

— Если так, то можешь не просыпаться! – хохотнула Фюн. – Сон вышел отличный. Лучший на моей памяти после того, где я женился на дочери Одина, которая в итоге оказалась Тором. Но баба, конечно, была громовая!

Ракель вздохнула и медленно встала, перебираясь с пола за стол, пока братья смеялись до слюней.

— Люди конунга уже заняли город? – поинтересовалась она.

Фюн и Эта активно закивали головами:

— Их оказалось гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Люди пускают их в свои дома за еду и тёплую одежду – по десять человек.

— А у них достаточно для этого еды? – удивилась Ракель.

Братья переглянулись.

— Пока мы умирали с голода, боги посылали им много дичи, – задумчиво произнес Фюн. – Меня в дрожь бросает, когда смотрю в их довольные рожи. Третий год лета не видать, а они… Выглядят так, будто не замечают этого. Уж не знаю, завладел ли конунг их головами, но моя, – Фюн постучал себя по виску, – вроде пока при мне. И я вижу целую армию безумцев, давно бросивших свои дома ради похода конунга. Они верят, что наступил конец света и боги вскоре умрут. Но каждый из них счастливее и сытее меня! – Фюн размашисто ударил двумя руками по столу и расправил плечи.

Ракель задумчиво потерла свои виски. Она так переволновалась после встречи с конунгом Скаллем, что усталость ещё давала о себе знать. Сейчас всё вокруг казалось странным наваждением.

— Что мы будем делать дальше? И как Сигтрюгг принял новость, что ему уже не быть ярлом? – Ракель решила постепенно вспомнить минувшие события.

Братья вздохнули и налили девушке в тарелку какой-то похлебки. Пахло из тарелки вкусно: кажется, что еда была сварена на настоящем жирном бульоне, и, возможно, Ракель ждали настоящие куски мяса. Девушка жадно накинулась на еду.

— Поешь-поешь, – довольно кивнул Эта. – Сигтрюгг, конечно, иначе себе всё представлял, но теперь хотя бы сможет участвовать в честном голосовании. Захватить власть силой у него – ха-ха! – всё равно никогда бы не получилось, – засмеялся Эта.

Ракель задумчиво пожевала куски каких-то твёрдых кореньев, пытаясь понять, похоже ли это на что-то съедобное. Мясо пока не попалось. Но всё равно желудок жалобно урчал, привлекая внимание, поэтому девушка продолжила глотать еду.

— Думаете, кто-то отдаст за него свой голос? – задумчиво прочавкала она.

— Только те, кому он ещё не заплатил, но уже пообещал. Остальные, как и мы, будут за конунга.

— А что люди говорят обо мне? – протянула Ракель с интересом.

Ей было очень страшно: вдруг она допустила какую-то ошибку и люди всё ещё хотели её убить. Ведь у неё не было времени объяснить им, что так она спасает Урнес.

Братья снова переглянулись и какое-то время молча хлебали из своих больших мисок.

— Люди благодарны тебе, Кормящая Мать. – Эта хохотнул, когда подносил к губам ложку, содержимое выплеснулось на стол и брызнуло на волосы Ракель.

Братья загоготали, хоть и пытались сдержаться из последних сил.