Книга Все люди севера, страница 74 – Ана Тхия

— Почему это? – прошептала в ответ Улла. Собственный голос показался ей новым, она успела соскучиться по его звучанию, пока была глуха.

— Если кому-то суждено взять оружие Тора, то Скалль потратит наше время на поиски этого человека. Как он шёл за Лейвом. Скалль не должен сомневаться в своем величии, пообещай мне!

Улла вздрогнула от резкого голоса Торгни. Ей показалось, что он, заговорив о своём конунге, забыл обо всём. Даже о недавнем поцелуе.

— Я спрошу богов…

— Нет! – глухо воспротивился Торгни. – Не спрашивай. Никому не говори о том, что слышала.

Улла отшатнулась от него, а потом молча развернулась и пошла прочь, прижимая пальцы к своим губам.

Наваждение постепенно отступало. Улла не знала, как ноги донесли её до длинного дома, где в тёмном углу она сжалась в одиночестве. Она так тяжело дышала, что вскоре начала задыхаться, хватаясь руками за стены. Но никого не было рядом, даже надоедливого приставучего Торгни.

Губы Уллы начали синеть, а глаза безустанно бегали по углам.

Кому Тор оставил своё наследие?

Кому он доверил Мьёльнир и всю мощь грома и молний?

Ей было сложно представить, что Тор говорил не со Скаллем. Она была уверена, что только он один избран богами, чтобы защищать их мир. Но теперь её уверенность рушилась. К тому же Торгни теперь знал, что Скалль может быть не единственным избранным защитником.

Какой кошмар!

Если Скалль потеряет свою власть над людьми, то и её собственная может пасть. Нельзя допустить, чтобы Торгни что-то ему рассказал. И ей следовало молчать, он прав. Они не должны позволить Скаллю сомневаться в себе.

Улла в панике втягивала носом воздух, но тот будто сопротивлялся. Так и не совладав со своими мыслями, она согнулась пополам и, обессилев, потеряла сознание.

— …и если до восхода солнца ворота города не откроются перед нами, армия конунга Скалля возьмёт город силой! – вены на шее кричавшего напряглись и набухли.

Недаром его слова долетали до ушей не только стражи на стенах города, но и до стоящих по ту сторону ворот.

Например, до Ракель. Она стиснула зубы, вслушиваясь в каждое слово. За ворота гонцов не пустили, поэтому отец и братья высокомерно взирали на них со стены, как если бы эти сложенные деревянные брусья смогли бы спасти хоть кого-то от армии конунга Скалля. От его северного полчища.

Но, конечно же, отец будет до последнего считать, что Урнес несокрушим. Не так давно город Гаулар, лежащий совсем неподалеку, сдался без боя, хоть ярл Хундольф на тинге месяц назад кричал громче всех, что не только не отдаст город какому-то самозванцу, но и лично сразит этого наглеца.

Интересно, думала Ракель, что именно заставило ярла передумать?

Ходили слухи, что северный зверь буквально без боя подчинил себе город Харстад, из которого начал своё долгое путешествие. Ещё говорили, что он был богом, который родился и вырос в этом городе. Слухи ходили разные: что конунг подчинял разумы одним своим голосом, что завораживал своим взглядом. Каждая история о новых победах Скалля обязательно включала в себя рассказ о его новых чудесных силах. Иначе как люди сдавали города этому захватчику без боя?

Ракель изнывала от любопытства.

— Отец! – она подбежала к ярлу и встала между ним и братьями, когда те спустились со стены и быстрым шагом направились прочь. – Я слышала гонца. Что мы будем делать? – глаза ее горели от томительного ожидания.