Книга Все люди севера, страница 116 – Ана Тхия

Он был совершенно прав, но признавать это для Ракель было невыносимо. Она так хотела жить, увидеть мир, сыскать свою славу, спасти свой народ! Нельзя сдаваться сейчас.

— С нами уже не так много людей… Но среди них ещё есть дети. Вода унесла сотни жизней. Мы не сможем сражаться с союзом ваших ярлов, ты ведь это понимаешь? – простонала девушка. – И мы не займём много места на ваших землях. Лишь горстка северян добралась до берега Ставангра живыми.

Плотник задумался. Он смотрел на огонь и молча поглаживал свою бороду.

— А он… придёт вслед за вами?

Ракель печально опустила плечи. Ей бы очень хотелось верить, что Скалль найдёт способ, но без воды в море это было просто невозможно.

— Нет, – ответил за неё Эта.

— Тогда, думаю, у вас есть шанс договориться со Скьялгом.

— И он сможет принять нас?

Аркелл покачал головой.

— Нет. Но он сможет не убить вас и разрешит остаться здесь.

— А что будет с вами? С его людьми.

— Я практически уверен, что мы пойдём в Борре. Ваш конунг умён, хоть даже не представляет, насколько прекрасно место, в которое он собирается. Борре действительно должен стать последним оплотом людей. Он защищён со всех сторон. В нём много запасов, армия Борре многочисленна. О таком надёжном союзнике, как ярл Хальвдан, можно только мечтать.

Ракель переглянулась с братьями, которые перестали есть и смотрели прямо на плотника Аркелла. Его брови печально вздёрнулись. Ему было жаль говорить следующие слова:

— Считайте удачей, если вас просто бросят.

* * *

Следующие два дня Ракель старалась ни с кем не говорить. Она наблюдала за Тором и его сражением, ощущая одновременно несколько борющихся в ней эмоций: облегчение оттого, что Скалль оказался прав, страх оттого, что она привела людей в стан врага, готового убить их, как только узнает правду, тоску оттого, что она уже никогда не увидит Скалля.

И ещё беспомощность. Ярлу Хундольфу с каждым днём становилось только хуже, и Ракель была практически уверена, что он умрёт. За то время, пока они были в Урнесе, готовясь к отплытию, ярл Хундольф стал для Ракель хорошим собеседником. Он был добр к ней и приветлив. Так странно, что боги даруют детей тем людям, которые совершенно не достойны становиться родителями, но обделяют мудрых и добрых. Таких, как ярл Хундольф, который за всю свою долгую жизнь так и не стал отцом.

Она лишилась семьи, Скалля, вскоре лишится общества Хундольфа. У неё остались только Фюн и Эта, которые советовали скорее обсудить с ярлом Скьялгом возможность вступления в южный союз.

Ракель знала, что многие люди, с которыми она прибыла в Ставангр, уже договаривались с людьми ярла Скьялга. Они обменивают свою преданность на защиту и еду. Как делали это и со Скаллем. Ракель знала, что вскоре тоже придется сделать выбор.

Она крепко обняла себя руками. Ветер во фьорде нещадно терзал её волосы. Гроза нарастала. Тор и Ёрмунганд сражались на горизонте, но сейчас Ракель казалось, что это не её дело. Будто бы она приоткрыла дверцу и теперь подглядывает.

Воительница знала, что у богов свой путь. Она же думала только о людях и их несчастной судьбе в этом прекрасном городе. И ещё она думала о Скалле.

Словно подслушав её мысли, рядом появился Сигтрюгг.

— Глубоко в душе я всё-таки надеялся, что конунг ошибается, – признался он. – Но теперь я знаю, что вскоре мы все умрём.