Книга Позднорожденные. Том 4, страница 203 – Екатерина Шельм

Сильвин взяла его раскрыла.

— Семена?! - выдохнула взволнованно.

— Ага. Цветы. У нас таких не растет.

Глаза дочери загорелись. Земля и ее плоды, цветы прежде прочих, вызывали в ней искренний восторг. Эльтан даже оранжерею ей сделал — пусть тешится. Ничего не жалел для любимой дочери.

— О! Илларен, спасибо! А какие они? Как выглядят? - глаза Сильвин голубые-голубые как и у Эльтана загорелись от счастья.

— Э... ну... - сын почесал затылок и стрельнул глазами в побратима.

— Они как лилии, только голубые, - сказал тот будто нехотя. - А по краю розовые или сиреневые. Тут семена двух сортов... - сказал, встретился с Сильвин глазами и умолк, отвел взор.

Мелана давила улыбку изо всех сил. Авторство подарка стало всем очевидно. Сильвин с робкой нежной улыбкой склонила голову, пальцами перебирая семена как сокровище. Эльтан покусал губу, но, конечно же, промолчал.

Цветы! Выслужился, придумал ведь! Наглец рыжий, взять бы эти семена да затолкать ему куда...

— Я забираю у вас мать. - уведомил он детей.

— Хорошо, - Сильвин улыбнулась и пошла обратно к своей клумбе.

Мелана, со смешливым вздохом, взяла его за руку и повела в дом. Отвела в купальню, раздела сперва его, потом сняла верхнее платье сама, чтобы не намочить.

Эльтан не удержался — поцеловал ее в губы. Долго, опасно чувственно. Только бы не потерять голову и не застрять в купальне на долгие часы. Это же так непочтенно...

— Эльтан! - пожурила его супруга. - Подожди вечера.

— Вечер слишком далеко, а ты так близко... - Он наглым образом потянул подол ее сорочки вверх.

— От тебя воняет конем, супруг мой, - заявила Мелана, потянулась в сторону, подхватила ковш и вылила ему на голову воды.

Эльтан рассмеялся, но покорно сел на резной табурет.

Водопровода в старом Сиршаллене пока не было. Они работали над этим. Мелана лила ему на голову воды ковшом, промывала длинные волосы.

— Мороки с ними. Может отрезать все же? - спросил он.

— А как же традиции?

— Шахране всю жизнь ходил коротко стриженным и народ все так же его любит. Даже песнь сложили и не одну.

— Если тебе в тягость твои волосы, то позволь мне о них заботиться. Мне это в радость.

Она наклонилась и поцеловала его в мокрую макушку.

— Как Нилан?

Элыан нахмурился.

— Я слежу за ним пристально, но никаких признаков.

— Это хорошо.

— Не от того ли он так безрассуден, что ждет, что его постигнет судьба отца? Что однажды и он найдет у себя седой волос и состарится словно смертный?

— Не думаю, что это его судьба. Ты же помнишь слова Синая.

— О, как же можно забыть брюзжание этого невыносимого пня.

— Эльтан! - возмутилась Мелана.

— Пень и есть! Выдумал тоже! Линар был проклят духами! Какой несусветный бред!

— Но он и правда состарился.

Эльтан закрыл глаза. Сколько уже минуло лет с их смерти? Сто ? Сто двадцать? Что за ужасный был день, один из тех, что камнем осел в его памяти. Пришел Линар и сказал, что нашел у себя седой волос и кажется старость людская иедет его впереди. И что они с Софией решили, что будут просто стареть вместе.

— Господин мой... - Мелана погладила его голые мокрые плечи. Он поймал ее ладошку.

— Проклят он был духами или нет не важно. Его сыну уже больше двух сотен лет. В его годы Линар выглядел уже иначе. Нилан не состарится. Проживет обычную эльфийскую жизнь. Не знаю радоваться мне этому или нет.