Книга Якудза: преступный мир Японии, страница 78 – Джейк Адельштейн

Якудза всегда позиционировали себя как добрых самаритян – якобы они боролись с сильными, защищали слабых, приходили на помощь тем, кто пострадал от серьезных катаклизмов. Период после третьего октября стал одним из тех немногих периодов, когда якудза действительно приносили пользу обществу.

Я вспомнил, что после землетрясения в Кобе в 1995 году «Ямагути-гуми» быстрее правительства оказали помощь тем, кто в ней нуждался. Они привозили теплые одеяла, раскладушки, подгузники и другие предметы первой необходимости быстрее, чем Красный Крест. Конечно, этому способствовали огромные суммы денег, полученные от вытеснения местных, в основном нелегальных предприятий по всей стране. Они могли позволить себе быть щедрыми. Были и другие плюсы: сильное руководство, хорошие связи в логистической отрасли, отсутствие бюрократической волокиты. Никакие квитанции не нужны. Никакого одобрения не требуется. Никакой бюрократии. Кобе был их территорией, и они воспользовались возможностью, чтобы показать обществу, что они его часть – не только паразиты, но порой и поставщики услуг. Конечно, в этой самоотверженной работе был продуманный пиар-аспект, но была и искренняя забота о благополучии тех, кто там жил.

Я поехал освещать землетрясение в Кобе в 1995 году. Я разговаривал с некоторыми членами «Ямагути-гуми» и с местными жителями. Я знал и то, что во время хаоса некоторые члены «Ямагути-гуми» убили своих преступных соперников и закопали тела под завалами. Когда возможность стучится в дверь…

Если не считать этих нескольких убийств, «Ямагути-гуми» только тем и занимались, что оказывали помощь жителям. Эти благотворительные акции, конечно, потом годами оправдывали их существование, но это не значило, что бандиты не были искренни в своем порыве.

Не прошло и нескольких часов после землетрясения, как я понял, что сейчас на помощь рванут якудза. И я не ошибся.

Когда я еще был в Нью-Йорке, пытаясь найти дорогу домой, Лукас Уиттман из «Дейли Бист» прислал мне письмо. Он знал моего редактора Тимоти О’Коннелла из «Рэндом Хаус». Газета «Дейли Бист», в то время входившая в состав «Ньюсвик», хотела как можно лучше осветить катастрофу и выяснить все подробности, какие могла получить. Я показал Лукасу эту главу. Я сказал ему по телефону:

— Вам нужно знать положение якудза в японском обществе, чтобы понять, почему они играют такую полезную роль в сохранении мира и предоставлении гуманитарной помощи.

Я сказал ему, что в якудза восемьдесят тысяч членов, и если сложить воедино все их подставные компании, дочерние предприятия и партнерские фирмы, они станут для Японии почти второй армией. И каким бы маловероятным это ни казалось после катастрофы, якудза могут быть в числе первых сил реагирования. Я держал связь с Сайго и некоторыми другими источниками и, конечно же, видел, что якудза вносят свой вклад в ликвидацию катастрофы. Чтобы наверстать упущенное, потребовалось немало звонков и писем. Телефонные линии не работали, а вот Твиттер да. Интернет определенно был более надежной связью в эти дни.

«Инагава-кай», насчитывавшая десять тысяч членов, офисы по всей Японии и плацдарм в районе Фукусимы, была разделена на блоки, а Токийский блок (известный как «Канагава») выполнял тяжелую работу. Они уже сбрасывали большое количество грузов в район Фукусимы и Ибараки. Это было началом их гуманитарной деятельности. В комплект поставки входили рамен, фасоль, подгузники, чай и питьевая вода. Дорога из Токио в разрушенный район занимала у них двенадцать часов. Чтобы скорее туда добраться, они ехали проселочными дорогами. Они отправлялись в высокорадиоактивные запретные зоны. Они не брали с собой защиты, не брали йодид калия. Как правило, на миссию отправлялись от ста до ста пятидесяти человек и минимум двадцать грузовиков.