Книга Якудза: преступный мир Японии, страница 136 – Джейк Адельштейн

Джинджи о киру. Так говорят не только якудза, но и репортеры, уведомляя должным образом адекватных людей. По крайней мере я был вежлив. Когда статья вышла на первой полосе газеты, она многих расстроила, и в награду мне на несколько месяцев запретили появляться в отделе по борьбе с наркотиками. До истечения этого срока мне приходилось тайком встречаться с детективами. Но это было почти двадцать лет назад. Мне хотелось бы думать, что больше мне не придется освещать преступления, деятельность якудза, убийства, хаос и трагедии. Я определенно расширил сферу своих интересов. Но время от времени, например, 31 октября 2017 года, в странный час мне звонит старый друг:

— Джейки! Ты точно захочешь об этом написать.

— Хмм… разве что это важно с международной точки зрения.

— Девять голов без тел в девяти холодильниках. Одна квартира.

Волшебные слова. Конечно, я подрываюсь и еду.

Это что-то вроде дежавю. Именно так начался мой год.

Первого января 2017 года – в четыре часа утра – я сел на поезд (они шли без остановок с поздней ночи уходящего до первого дня нового года) до места преступления на Такэсита-дори, где недовольный юноша двадцати одного года от роду, двигаясь на машине задним ходом, сбил восемь человек. Довольно жесткое начало нового года. Инцидент произошел спустя десять минут после того, как храмовые колокола прозвенели сто восемь раз, ознаменовав конец года и прощание с прошлыми грехами. Мне позвонили, чтобы сообщить новость, только в половине четвертого утра. Обычно я теперь ложусь спать пораньше. Ночи в Квартале красных фонарей больше не входят в мою работу.

Если Квартал красных фонарей стал бледной копией Таймс-сквера в Нью-Йорке, то Роппонги просто-напросто гниет изнутри.

«Джулиана» – когда-то самый большой диско-клуб в Азии – находился в Роппонги. Это был грандиозный символ экономического пузыря в Японии в конце 1980-х и 1990-х годах, когда казалось, что Япония будет править миром. Позже основатель клуба заработал состояние, управляя компанией по распределению рабочей силы «Гудвилл Корпорейшн». Изменения в трудовом законодательстве Японии пошли ему на пользу, как и некоторым другим жадным засранцам, например Масахира Оригути, известному как Дискомен, но вместе с тем сократили количество людей с «пожизненной занятостью» с 80 до примерно 55 процентов.

Сейчас в Японии почти везде гигномика^[24]. Этим мы обязаны Либерально-демократической партии, экономическим гиенам, таким как Хейзо Такэнака, ныне председатель компании по отправке рабочей силы, и Дискомену. Горите в аду. Серьезно.

Компания Дискомена позже была закрыта из-за нарушений трудового законодательства, но не раньше, чем она купила известную подставную компанию якудза под названием «Кристалл». В результате сделки сто миллионов долларов из средств компании волшебным образом исчезли.

Да, иногда удивительно, как в Японии просто пропадают деньги. Роппонги-Хиллз, японская версия Беверли-Хиллз, все еще существует. Именно там раньше располагались офисы «Леман Бразерс». В 2008 году небольшая компания «Асклепий» выманила у них триста пятьдесят миллионов долларов. Деньги исчезли раньше, чем «Бразерс». У меня есть подозрения по поводу того, куда они делись, но я не могу ими поделиться.

Роппонги – еще один строящийся город-призрак. Между роскошными его зданиями и богемным центром Токио, где расположился отель «Ритц Карлтон», находится захудалый район с клубами, ресторанами и рекламными агентствами, который постепенно выкупается застройщиками и сносится. Раз в месяц район вокруг Мидтауна заполняется «Мерседесами» и другими, более дорогими японскими автомобилями, сплошь черными, и оттуда выходят головорезы без шей, с короткими стрижками, в дешевых костюмах, и встают возле этих машин, а вслед за ними выползают старики в костюмах куда дороже и направляются к одному зданию. Там до сих пор находится офис «Инагава-кай», но большую часть времени он пустует.