Книга Башня Авалона, страница 88 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

«Слабачка, – говорю я себе. – Вспомни, что он натворил».

Я прохожу мимо Рафаэля, разглядывая высокие потолки. Шестидесятифутовые стеллажи заставлены книгами в выцветших разноцветных кожаных переплетах с золотыми буквами и эзотерическими символами. Лестницы на колесиках тянутся до самых верхних полок. Я вдыхаю запахи кожи и пергамента. И едва различимый его запах. Видимо, Рафаэль проводит здесь много времени.

Среди уютного мерцания множества канделябров я чувствую благоговейный трепет и какое-то единение с этим местом.

В дальнем конце зала медная винтовая лестница ведет к задней стенке корпуса часов. Тиканье секундной стрелки эхом отражается от потолков – это бьется сердце библиотеки. Я смотрю на заднюю часть циферблата, это древнее чудо механики, на латунные шестеренки в пляшущем свете библиотечных факелов. Стрелки ритмично двигаются, тикая и отбивая такт. Я почти вижу Талиесина, который сидит здесь и что-то строчит.

Но я – совсем другое дело. В отличие от искусства, мое испытание сопряжено с болью, если облажаюсь. В центре библиотечного зала на резном дубовом столе стоит ящик с Завесой – мерцающей и жужжащей. Волоски на шее встают дыбом.

Рафаэль откидывает волосы с глаз. Теплый свет камина ласкает его прекрасные черты:

— Что ж, приступим. Тебе еще нужно учиться контролировать Завесу.

— Почему именно здесь?

— Здесь мне лучше всего работается и думается. Может, и ты сосредоточишься. – Он указывает на стол, в центре которого светится ящик с Завесой.

Я подхожу ближе, плечи уже напряжены в ожидании боли.

Последние три месяца мы тренировались раз в неделю. У меня стало получаться немного лучше, но примерно в половине случаев я отвлекалась и чувствовала боль. Из-за диаметральной магии мои способности нестабильны и непредсказуемо сталкиваются друг с другом. Что бы ни делала, я не в силах подавить телепатию.

Выдвигаю кресло, Рафаэль садится напротив и скрещивает руки на груди:

— Давай сегодня начнем с обращения к созидательному источнику.

— Что это значит?

Его серебристые глаза поблескивают:

— Все на земле происходит из божественного источника – той созидательной силы, которая сотворила наш мир и нас самих. Каждую каплю воды, каждую травинку. Когда мы пишем стихи и создаем произведения искусства, нами движет эта сила. Так природа выражает себя – как выражает себя в яблоне, прорастающей из земли, в яблоках на ее ветвях. Вот откуда берется наша магия. В этом ее суть, Ния. На самом деле магия исходит не от нас. Она не наша, мы ей не хозяева. Это сила, которую нам позволено использовать, дар, который нам не принадлежит. Понимаешь?

Я зачарованно смотрю на Рафаэля. Отблески факелов искрятся в его глазах.

— Думаю, да.

— Позволь этой силе, которая создала нас, течь сквозь тебя. Растворись в ней.

— И как это сделать? – спрашиваю я.

— Один из способов – свободная ассоциация. Или свободное письмо. Просто говори или пиши все, что придет в голову.

— Что, прямо сейчас? – уточняю я, и Рафаэль кивает.

Я начинаю нервничать. Что он хочет услышать? Обычно я очень хорошо разбираюсь, чего от меня хотят люди. Но вот прочесть Рафаэля не могу. Более того, мне нельзя говорить ему то, что он хочет услышать. Я должна использовать созидательную силу, но не представляю как. И наверняка ляпну что-нибудь не то.