Книга Башня Авалона, страница 168 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Я медленно и протяжно выдыхаю:

— Рафаэль, я здесь ради того, чему меня учили.

На город опустились сумерки.

Из нашего коттеджа я смотрю через окно на улицу. Рафаэль где-то там, и я так хочу, чтобы его не поймали…

Мое сердце учащенно бьется. Я снова проверяю свои ножи – один в сапоге, другой в потайных ножнах в рукаве, третий пристегнут за спиной. Я наточила их накануне миссии, хотя они и так достаточно острые. Тем не менее этот ритуал успокаивает. Значит, я превратилась в того, кто успокаивает себя заточкой лезвий… Ния полугодовой давности, работавшая в книжном магазине, была бы встревожена такой трансформацией.

Особняк Карадока с высокой оградой загораживает маленький соседний коттедж, очень похожий на наш. Такой, который легко не заметить рядом с роскошным особняком. Только, в отличие от нашего, маленький коттедж на той стороне улицы сейчас охвачен пламенем. Огненные языки поднимаются по стенам, алые и оранжевые отблески танцуют в сумерках – искусная работа Рафаэля.

Стоящий на посту у ворот особняка Седой Лис наконец замечает клубы дыма.

— Пожар! Пожар! – вопит он на фейри и мчится к дому.

Я смотрю на дым за окном, который сгущается в тяжелое черное облако. Даже внутри коттеджа, даже на таком расстоянии глаза начинают слезиться. В этом маленьком городке нет ни пожарной части, ни пожарного гидранта. На улице вот-вот начнется столпотворение.

Воздух оглашается новыми криками. Вот и мой звездный час…

Я выхожу на улицу и щурюсь от дыма, застилающего глаза. Легкий ветерок покрывает кожу слоем пепла.

Всё по плану – улица заполняется людьми. Они мчатся с ведрами с водой, чтобы потушить пламя. Седой Лис выбегает из ворот с огнетушителем, который в руках такого верзилы, да еще на фоне свирепого пламени, смотрится комично. Я искренне впечатлена, что Рафаэль сумел так быстро разжечь такой сильный огонь.

Кто-то приволок и оставил на дороге стопку больших жестяных пожарных ведер. Я беру одно, несу в коттедж, наполняю водой из раковины и снова выхожу наружу. Тяжесть оттягивает руку, я пересекаю улицу, ставлю ведро перед Румяными Щеками и кричу ему, чтобы помог, пока весь район не выгорел дотла. Он сердито смотрит на меня, не желая оставлять пост. Я протягиваю ему ведро, спотыкаюсь, ведро чуть не выпадает из рук. Я тяжело дышу и смотрю прямо на охранника.

— Помогите хотя бы донести! – кричу я. – Оно слишком тяжелое.

— Ладно. – Он делает шаг вперед, тоже берется за ручку ведра, и мы направляемся к месту пожара.

Краем глаза я замечаю, как Рафаэль крадется за спиной, словно тень в ночи. Я отпускаю ведро, Румяные Щеки спотыкается от тяжести. Рафаэль сзади бьет охранника по голове рукоятью меча, тот падает. Рафаэль прячет оружие в ножны, мы хватаем бесчувственное тело и тащим в ворота. В темноте и суматохе никто ничего не замечает.

Оказавшись во дворе особняка, мы затаскиваем охранника в темный уголок между кустами роз и высокой каменной стеной.

— А если он очнется? – шепчу я.

— Мы надолго не задержимся, – отвечает Рафаэль.

Бросаемся к входной двери. Подойдя ближе, я чувствую невидимую защиту, отталкивающую нас. Но эта магия совсем не такая, как у Завесы. Я не слышу жужжания, не чувствую переплетения энергии. Есть только слабое ощущение, что какая-то сила омывает меня, и по коже бегут мурашки.