Книга В объятиях вендиго, страница 40 – Эдди Паттон

Город пропадал в своей собственной атмосфере, почти не цепляясь за современность и утомляющие неоном рекламные вывески. Едва горящие лампы заведений напоминали о том, что на дворе уже двадцать первый век, а все остальное так и осталось в двадцатом.

Леденящий кожу ветер обжигал только на первых порах, а затем уже дарил какое-то особое удовольствие, поддразнивая меня, пока я прогуливалась туда и обратно, доходя от магазинчика до конца улицы: там заканчивалась привычная асфальтированная дорога и начиналась тропа, ведущая к резиденции туристической фирмы.

Именно там заканчивался город в общепринятом понимании, и начиналась полоса бесконечных с виду хвойных лесов.

Я вернулась к машине и застыла у пассажирской двери, все еще думая о том, что сегодня сказал Калеб: почему его реакция показалась мне такой неправильной? Хотелось бы осознать собственную вину, но я понимала, что он всегда делал так – стоило ему ощутить соперничество или хоть какую-то угрозу его окружению, как начинались язвительные уколы.

Самозащита Миллера была оправданна, но меня его слова ранили, пусть они и были сказаны на эмоциях. Мне совершенно не хотелось, чтобы Калеб лез в мою личную жизнь, мои последние отношения прервались после выпускного и с тех пор ни с кем из парней, кроме самого Калеба и приятелей из колледжа, я не общалась.

Я забыла, как ощущаются чужие прикосновения и объятия, если они не были приятельскими, и когда сегодня Миллер решил подколоть меня, стало противно.

Неужели только он может желать отношений? Хотеть ощущать себя любимым, чувствовать уважение и поддержку?

Было незачем обдумывать все это сейчас – в окружении пустой улицы и ледяной дымки, в компании Лестера Норта: никто не планировал строить с ним отношения или даже просто флиртовать.

— Внутренние монологи? – услышала я и тут же шаркнула носками кед, разворачиваясь к Лестеру.

— Наконец-то поболтала с собой! – оправдавшись, я хотела только улыбнуться, но вышла кривая пародия на улыбку.

— Запрыгивай, чего ты мерзнешь…

Мужчина швырнул пустую сумку в машину и сам вернулся в салон. Как только я оказалась внутри, меня будто опустили в теплую ванну – стало в разы приятнее, покалывание прошлось по холодной коже и осталось на теле мягким жжением от перепада температур.

Лестер включил радио на какой-то едва слышной волне, на которой обычно крутили ретро. Подвернул рукава тонкой темно-синей куртки и завел двигатель.

— Сколько стоят услуги гида? – нахмурившись, он посмотрел на меня в ожидании немедленного ответа.

— Да не знаю, – в смятении дернулась я, – баксов десять в час, а что?

— Тебе хватит двадцатки?

Я не смогла ответить сразу, поэтому только свела брови, глядя на него с удивлением: сам же Лестер не реагировал, продолжая беспрерывно на меня пялиться. И как у него хватало терпения не рассмеяться, видя мою гримасу?

— Не нужны мне деньги, – сдалась я. – Просто купи мне кофе в автомате, когда мне будет совсем хреново, – ляпнула первое, что пришло в голову.

— Как скажешь.

Каждый раз забываю, что Лестер старше, чем можно было дать, но стоит теням залечь на его лице, и все вставало на свои места.

Широкий подбородок с аккуратной золотистой щетиной, мелкие шрамики на губах и заметные морщинки у губ – там отражался его возраст. В складках меж бровей, нескольких тянущихся к середине лба полосках. Там, где зачесана набок челка светло-русых и местами выгоревших на солнце волос.