Книга В объятиях вендиго, страница 19 – Эдди Паттон

Я смотрела на него, задрав голову, потому что мой рост не шел ни в какое сравнение с его. Он глядел в ответ, и светло-серые глаза излучали какой-то золотистый блеск.

— Тебя хрен поймаешь, – почему-то выдохнула я, следом неловко рассмеявшись над собственной наивностью.

— А тебе так хотелось? – смутился Лестер.

Мы несколько секунд отмалчивались, а затем из аудитории вышла Лин, сияя и показывая мне какой-то журнал.

— Смотри, что я отжала у Сэм! Это же выпуск с плакатом Twenty One Pilots!^[3]

Меня накрыло волной дрожи, а волосы, казалось, зашевелились на затылке; всего минуту назад я слышала, как подруга обсуждает собственного отца за углом, разговаривая по телефону.

Сейчас же она вылетает из аудитории и показывает мне чертов журнал.

— Боже, – почти пискнула я, – ты все это время была там?

— Я зашла за тобой…

— Я могу поговорить с вашим другом? – вдруг заговорил Норт, глядя прямо в глаза, но я уже была в ступоре.

Если это происходит на самом деле и я не сплю в гостиной под бейсбол, включенный отцом, то лучше бы мне начать пить успокоительное.

song: sinéad o’connor – drink before the war

Я не виделась с семьей уже несколько дней, потому что все это время была занята списком и встречами с друзьями: мама изредка писала мне, чтобы я не забывала о времени, но я уговорила ее разрешить мне остаться в общежитии на ночь, потому что вечер обещал стать просто немыслимо диким.

Лестер Норт все еще был с нами – его длинные ноги даже не свисали со сцены, а твердо стояли на земле, когда он сидел, прижавшись спиной к усилителю, оставленному после репетиции местной группы.

— В колледж есть доступ всем, кому в голову взбредет зайти туда? – монотонно спросил он, когда мы смогли вытащить Калеба из его дома.

Тот был удивлен, что кто-то захотел с ним познакомиться и обсудить его теорию о потусторонних вещах: так или иначе, я все еще пребывала в шоке оттого, что после нескольких дней преследования Норта мы были сейчас с ним – он сидел поодаль и разговаривал так, словно знаком с нами уже тысячу лет.

В нем было что-то необычное, кроме аномального роста и отсутствия юношеской нежности в лице. Сегодня он был в черной водолазке и таких же джинсах, простой и ненавязчивый, но при этом что-то в нем заставляло меня невольно подрагивать.

То ли монотонность голоса, который редко менял окрас, то ли простота и спокойствие речи: мужчина действительно слышал наш разговор, пусть и пытался отрицать факт подслушивания, и это наводило меня на разного рода мысли.

— Сюда может попасть даже сбежавший из тюрьмы заключенный, – фыркнул Калеб, постукивая пальцами по колену, – охрана здесь только для красоты.

— На самом деле все серьезнее, чем кажется, – продолжил Лестер, – дело в том, что если это то, о чем я думаю, то нужно закрывать ваш колледж и распускать всех по домам.

— А о чем ты думаешь? – перебил Миллер, не особенно понимая суть.

Мы с Лин тоже ничего не понимали, поэтому молча сидели и ждали, пока Лестер Норт объяснит нам. Вообще, я не знала, можно ли ему доверять, потому что его внешний вид уже оставлял шлейф из подозрений.

— Я думаю, что это каннибал, – сказал мужчина так буднично, что на моем лице тут же отразился шок, – но в это трудно будет поверить, не увидев лично.