Книга Ворон против стаи, страница 36 – Владимир Колычев

— Не было. На хате всю неделю сидели.

— Кто сидел? Фамилия напарника?

— Енотов. Енотов Саня.

— Еще кто с вами был?

— Да не было никого.

— С кем здесь контактировали?

— Да подъехал какой-то, надо, сказал, с человеком вопрос решить. Фото дал, данные.

— Когда подъехал?

— Сегодня.

— Утром, вечером?

— Как раз к обеду. Дело, говорит, большой срочности. Машину подогнал, «девятку».

— Из угона «девятка»?

— Да нам все равно. Права у нас забрали, все документы.

— А телефоны?

— У Енота телефон был, он его выбросил, когда от тебя уходили.

— Подъехал какой-то, дело большой срочности… Кто подъехал, имя, фамилия.

— Тохой, сказал, его звать. А кто он там на самом деле, не знаю.

— Ну не знаешь и не знаешь. Нам оно тоже не нужно, — снимая колпачок, сказал Макс.

— Да нужно вам! Я же вижу! — усмехнулся Рожденов.

Дал понять, что раскусил Макса.

— Да не нужно!

Макс резким движением ввел иглу в плечо мужчины, осталось только выдавить в плоть содержимое шприца. Он положил палец на поршень, но давить не спешил.

— Чувствуешь, как немеет тело? — спросил он, глядя киллеру прямо в глаза.

— Не очень, — захлопал тот глазами.

— А сейчас? — Макс набрал в легкие воздух, собираясь давить на упор поршня.

— Не надо!

— Как наводчика вашего зовут?

— Я же сказал, Тоха!

— На кого он работает?

— Не знаю.

— Адрес, где вы жили?

— Не знаю.

— Как это не знаешь?

— Нас привезли в дом, поселили. Сказали, что нельзя выходить.

— Умри героем!

Макс все-таки надавил на поршень, вернее, сделал вид. И скривился, как будто пытался, но не смог ввести яд в организм.

— Солнечная, шестнадцать. Это напротив дом. Какой наш дом был, правда не знаю!

— Почему вы приехали неделю назад, почему заказ на Румянова поступил только сейчас?

— Нам сказали, что заказ срочный, а приехали, сказали, ждать надо. Ну, мы не против, деньги платили, и ладно. Ну и за каждый день простоя…

— А на кого срочный заказ, не сказали?

— Нет.

— Как выглядел Тоха? Особые приметы, лысина, плешь, седина, шрамы…

— Молодой он, какая… Ну да, белый клок волос у него был, волосы черные, а над правым ухом белый клок…

— А сам такой здоровый, шея бычья, голова слоновья.

Знал Макс одного блатного из команды Адама. Сам русский, а кличка Ашот, почему так, Макс узнал не сразу. Раньше Антона Куршакова звали Тошным. Потому что Тоша. Но пацан зону прошел, на свободе поднялся, вывозом мусора под патронажем Адама занялся, на Тошного откликаться перестал. Сам же и перевернул Тошу на Ашота, и ничего, новая кличка прижилась. Потому что Адам Куршакова уважал за его деловую хватку. И умение вцепиться в глотку. Это ведь Ашот подвинул Гапона на рынке торговых автоматов. Попробуй теперь поставь в городе кофейный аппарат, например, без ведома Ашота, завтра от автомата груда металлолома останется. В общем-то, из-за этих автоматов Макс и вышел на Куршакова. Со Слеповым к нему подъехали, поговорили, погромы прекратились, но все равно никто больше не рисковал ставить автоматы без ведома Ашота. Гапон ставил, но только в своих торговых центрах, магазинах и прочих коммерческих заведениях.

— Да нет, худощавый, шея обыкновенная и голова нормальная. И черты лица правильные, домашний такой пирожок на лицо, а взгляд.

— Очень черствый пирожок, — кивнул Макс.

Не повелся Рожденов на ложную антропометрию, выдал точное описание Ашота. И сразу все стало на свои места. Блатные уже давно не ровно дышали к Румянову, Веронику пытались к нему подсунуть, но в конечном итоге убили ее, зачистив концы. Некто Сульфат не смог выйти сухим из воды и из-за этой истории до сих пор мотает срок, но у Адама нашлись другие, не менее резвые исполнители. И, надо сказать, Ашот подошел к делу ответственно, издалека спецов позвал. Только вот не оправдали варяги ожиданий.