Книга Сквозь другую ночь, страница 72 – Вадим Панов

Но выдуманному ли?

Феликс просмотрел отчёты по всем убийствам и убедился в том, что во всех трёх случаях преступник продемонстрировал великолепные навыки владения холодным оружием. Совпадение? Разумеется, оно возможно. Но при этом возможно и то, что все трое убиты одним и тем же человеком. И это предположение возвращает к вопросу: Регент фигура выдуманная или нет?

Поведение Карины дало Феликсу много пищи для размышлений. Он не сомневался в том, что смерть Вениамина стала для неё катастрофой, причём до сих пор не пережитой. Вербин видел достаточно убитых горем женщин, чтобы понять, что Карина не играет. А самое главное и, возможно, самое страшное в её положении заключалось в том, что молодая женщина любила Вениамина, несмотря на то что уличила его в измене. Это с одной стороны. А с другой, у Феликса не было никаких сомнений, что Карина солгала, рассказывая о знакомстве с Таисией. Но зачем? При каких странных, ужасных или некрасивых обстоятельствах состоялось знакомство, что она пытается их скрыть? И почему Карина занервничала, когда Феликс стал расспрашивать её о книге? И почему не была честна, рассказывая, как о ней узнала?

Ответы на эти вопросы наверняка можно было получить, покопавшись в убийстве Вениамина Колпацкого, поэтому Феликс ещё до встречи с Дубовой созвонился с коллегами, а после разговора с Кариной отправился в глухой уголок Подмосковья на встречу с капитаном Шевченко. С Фёдором Шевченко из районного убойного отдела, не сильно обрадованного тем, что старший опер с Петровки заинтересовался старым «висяком» и попросил о встрече на месте преступления. Тем не менее держался Фёдор вежливо, спросил, можно ли перейти на «ты», и сразу извинился.

— Феликс, ты ведь понимаешь, что дело я помню не очень хорошо? Всё-таки три года прошло.

А освежить в памяти было недосуг. Феликс же надеялся, что коллега что-нибудь вспомнит, проявит усердие, но, посмотрев на Шевченко, понял, что надежда была напрасной: глаза красные, выражение лица кислое, а поскольку характерных запахов капитан не распространял, стало ясно, что у него жуткий недосып.

Кивнул в ответ:

— Разумеется, понимаю. Расскажешь, как всё было?

И раскурил сигарету.

— Вызов пришёл примерно в час ночи. Патруль наткнулся. Ребята проезжали, увидели стоящую машину, подошли – тело. Остывшее. Его примерно в полночь убили, плюс-минус, так эксперты написали. Мы приехали, осмотрелись. Следов никаких. – Шевченко честно пытался вспомнить ту ночь, но в её событиях не нашлось ничего такого, на что имело смысл обратить особое внимание. – Парень молодой, не пацан, но ещё зелёный, понятно, двадцать восемь ему, вроде… было… по документам. Документы не взяли. Ничего вообще не взяли: телефон, карточки, наличные – всё на месте. Мы сначала решили, что он с каким-нибудь отморозком дорогу не поделил. Или на подставщиков нарвался. Но не смолчал, полез в бутылку и получил ножом в сердце. Нож обыкновенный, не кухонный, но ничего сложного, хороший, острый нож. Судя по лезвию, под холодное оружие не попадает – так эксперты сказали. Такой нож можно купить где угодно, и никто не спросит, зачем он тебе. В общем, подставщики, грабители, отморозок – кто угодно. Дорожный конфликт, кто-то вышел из себя, схватился за нож и вовремя не остановился. Потом увидел, что натворил, и свалил. С видеокамерами здесь так себе, при желании можно незаметно до Москвы доехать.